Реферат на тему:


Воспользуйтесь поиском к примеру Реферат        Грубый поиск Точный поиск






Загрузка...
Р

Р.Я.Пириг Пирог Руслан Яковлевич - д-р ист. наук, профессор, заведующий отделом истории Украинской революции (1917-1921 гг.) Института истории Украины НАНУ.

E-mail: ruslan_pyrih@ukr.net

СИМОН Петлюра В ВОСПРИЯТИИ Павла Скоропадского (по воспоминаниям ГЕТМАНА)

В статье проведено историческую реконструкцию восприятия П.Скоропадским фигуры одного из лидеров украинского национально-демократического движения СПетлюры как военного, государственного, политического деятеля и человека. Также раскрываются информационные возможности воспоминаний гетмана для персонификации исторического процесса, подчеркивается необходимость верификации сведений воспоминаний по другим историческим источникам.

Взаимоотношения между ведущими деятелями Украинской революции 1917-1921 pp. были чрезвычайно сложными, напряженными, нередко антагонистическими, а то и враждебными. Рожденные они целым комплексом объективных и субъективных причин. Прежде всего идейно-политическими различиями, ментальными различиями, разновекторными внешними ориентациями, личностным противостоянием в борьбе за власть и главное - разным видением путей строительства и моделей украинской государственности.

Задача данной статьи состоит в исторической реконструкции восприятия лидером правоконсервативных кругов Украины гетмана П. Скоропадского одного из выдающихся деятелей украинской национально-демократического лагеря Петлюры в сутки Центральной Рады и Украинского Государства, то есть в 1917 - 1918 гг. Следует отметить, что в новейшей украинской историографии более десяти лет назад уже были попытки осветить эти две фигуры путем сравнения их деятельности в 1918 году. За это довольно сложная задача взялся один из первых отечественных петлюрознавцив С.Литвин. Статья имела достаточно выразительное название и претензионную цель: «Скоропадский и Петлюра: попытка опровержения некоторых мифов в историографии Украинского Государства 1918 года» 1.

Однако автор, будучи страстным адептом С.Петлюри2, поддался влиянию старой историографической традиции, еще с емигрантських послереволюционных времен делила историков прогетьманське и уенеривской крыло. Исследовательские приемы С.Литвин вполне строились на возвышения «своего героя» за счет развенчание его оппонента. Естественно, это не позволило полностью реализовать задекларированную цель, зато привело создание новых мифов.

К сожалению, подобную методику используют и упорные сторонники П. Скоропадского. Пытаясь вывести гетмана «из тени центральнорадивцив Грушевского, Винниченко, Петлюры», они идут на сознательное унижение последних. В частности, Л.Осауленко и В.Засекин утверждают, что Грушевский и Центральная Рада пытались «потушить национальные стремления украинский», «ползали и заигрывали перед Временным правительством», «демобилизовали 1,5 миллионную украинскую армию», «занимаясь плутовством и демагогией, провозглашали безликие универсалы »и другие. Ни в какое сравнение с П.Скоропадским не мог идти и Петлюра - «литератор», «учитель», «журналист» 3. В этом плане еще дальше идут некоторые российские авторы. Так, Анисимов пишет о П.Скоропадского: «Гетман запорожцев XX века был человеком европейского образования, знал шесть языков, представляя собой пример просвещенного абсолютизма». Пытаясь подчеркнуть явную неполноценность его оппонента, автор подчеркивает, что человеку, в жилах которой текла царская кровь, противостоял «социалист изнутри и извне, недоучка Симон Петлюра» 4. Современные историки уже указывали на непродуктивность таких подходов к «очеловечивания» исторического процесу5. Речь шла, в частности, и о необоснованном ґлорификацию С.Литвин фигуры С.Петлюри6.

Анализируя информационные возможности освещения современным исследователем оценок П.Скоропадским и С. Петлюрой один другого, следует указать на определенную ключевую асимметрию. Гетман в рецепции Петлюры возникает только в текстах отдельных официальных документов и эпистолярии. В то же время П. Скоропадский оставил фундаментальные воспоминания, наполненные достаточно широкими оценкам Петлюры как военного, государственного, политического деятеля и человека. Именно это обстоятельство стало доминироватьючою в выборе автором темы исследования.

Воспоминания П.Скоропадського7 от произведений мемуаристов того времени отличаются рядом особенностей. Во-первых, их автор - центральная и наиболее информирована фигура тогдашнего сложного государственного и политической жизни. Во-вторых, написаны они сразу после падения гетманата, в течение первых месяцев 1919 В-третьих, им присуща высокая степень персонификации недавнего прошлого, наличие обширных оценок современников. В-четвертых, воспоминания рельефно отражают мировоззренческие, ментальные основы автора, с позиции которых и оцениваются другие деятели.

фактологической и оценочной значение воспоминаний усиливается археографической неразработанностью источников наследия этого периода. Случилось так, что при публикации важнейших документов периода Украинской революции были изданы фундаментальные сборники по истории Центральной Рады (март 1917 - апрель 1918) и Директории УНР (декабрь 1918-1920 гг.) 8. Остается незаполненной ниша апрель - декабрь 1918 И это при том, что жизнедеятельность Украинского Государства задокументирована достаточно повно9.

Скоропадский начинает воспоминания характерным обращением: «Может быть, будущим историкам революции мои записки пригодятся. Прошу их верить, что все мною записано будет верно, то есть, что я буду заносить так, как мне казалось положение в настоящее время, а там, правильно ли я мыслил или неправильно, во всем поможет разобраться будущее »10. Следует отметить, что надежды гетмана сбылись. Выданные в Украине 1995 «Воспоминания», уже второе десятилетие оказывают мощное джерелознавчий, а затем и содержательный влияние на новую украинскую историографию гетманата.

Несомненно, как и любые другие, воспоминания П. Скоропадского не лишены субъективизма. Хоть он и уверяет, что «не очень считался с тем, как будут судить меня мои современники», все же писались воспоминания совсем не для удовлетворения литературных наклонностей. Гетман вполне осознавал как свою роль в попытке построения украинской государственности, так и собственную отность за ее неудачу. Очевидно, он чувствовал внутреннюю потребность объяснить современникам и особенно потомкам всю сложность дела, за которое взялся, объективные и субъективные, внутренние и внешние факторы нереализованности проекта нового гетманата.

Воспоминания П. Скоропадского хорошо скомпонованы с точки зрения исторически достоверного описания событий. Автор нередко балансирует на грани полуправды, обусловленной личным восприятием или невозможностью в то время сказать всю правду, но ему трудно упрекнуть прямую фальсификацию. Еще одна характерная черта воспоминаний - это проявление аристократизма, который не позволил ему опуститься до грубых квалификации своих оппонентов, а также врагов.

Отмечая наличие в воспоминаниях П. Скоропадского детальных оценок тогдашних государственных и политических деятелей, следует отметить особое место в них Петлюры. Если определить условный индекс персональных упоминаний в тексте «Воспоминаний» по именным указателем, то Петлюра занимает первое место, оставив позади Винниченко, Грушевского и даже премьера Ф. Лизогуб, с которым служебное общение гетмана было наиболее интенсивним11 .

На наш взгляд, это объясняется несколькими причинами. Контакты генерала П. Скоропадского с председателем Украинского генерального военного комитета (УГВК), а затем и руководителем военного секретарства С.Петлюрой начались летом 1917 и завершились с падением Украинского Государства в середине декабря 1918 Политическая позиция Петлюры как главы Всеукраинского земельного союза по гетманского режима уже в мае-июне отмечалась проявлениями демонстративной непримиримости. Оппозиционный радикализм Винниченко проявился позже, с образованием Украинского национального союза и подготовкой антигетманского восстания. М. Грушевский в то время совсем отошел от политики, жил полулегально, «ища покоя от тяжелых переживаний в литературно-научной работе» 12. Хотя Петлюра и не был причастен к подготовке восстания, однако именно он стал его публичным вождем и флагом, А затем персонифицированным «могильщиком» гетманата. И наконец, воспоминания создавались П.Скоропадским в январе - мае 1919, когда фактическим лидером украинского освободительного движения и государственного руководства УНР был Петлюра.

Несмотря на вполне естественные различия в оценке фигур П. Скоропадского и Петлюры, современная отечественная историография признает, что это были выдающиеся деятели Украинской революции. Совершенно разные по происхождению, идейным мировоззрением, ментальностью, видением путей построения и конструкции украинской государственности. Именно на ниве создания этой государственности и пересеклись пути потомка древнего украинского благородного рода, царского аристократа, крупного землевладельца, боевого генерала, человека консервативно-либеральных взглядов, раздвоенной украинского-российской ментальности Павла Скоропадского и Симона Петлюры - выходца из украинского казацко-священнической семьи, деятеля с типичной биографией революционера, талантливого журналиста и пропагандиста, Украинская социал-демократа, волей обстоятельств и времени призванного стать первым военным министр ом, а затем и главным атаманом войск УНР, решительно избавился федералистских взглядов и стал убежденным самостийником.

Падение царского режима, революционные события в России и Украине кардинально повлияли на судьбы и Петлюры, и Скоропадского. Первый встретил Февральскую революцию в должности уполномоченного Всероссийского союза земств на Западном фронте. Постепенно включился в украинскую политическую жизнь. Как делегат от Украинской фронта участвовал в мае 1917 г.. В работе И Украинского военного съезда. Был избран в состав, а затем и возглавил Украинский генеральный военный комитет, который, собственно, и стал для него первой ступенью в большую политику.

Отречение царя Николая II освободило его флигель-адъютанта генерал-лейтенанта П. Скоропадского от присяги. В письме к жене 12 марта 1917 он писал: «Я вовсе не собираюсь закопаться и оплакивать прошлое, а взять в той или иной форме оживленную участь в общественной жизни, конечно трудно сказать сейчас, где и в какой форме »13.

Такой формой добавления к общественному движению стала украинизация войск, в которой высшее командование российской армии видело инструмент повышения боеспособности вооруженных сил. Сначала Скоропадский довольно скептически отнесся к такой реорганизации, но под давлением командующего Юго-Западным фронтом генерала О.Гутора приступил к украинизации 34-го армейского корпуса. Для выяснения конкретных обстоятельств этого нового дела он отправился в Киев в Украинский генеральный военный комитет.

Первое знакомство П. Скоропадского с С. Петлюрой произошло в начале июля 1917 Об этой встрече он так пишет в воспоминаниях: «С Петлюрой я мало говорил. Он вовсе не был в курсе военных дел, а больше занимался киевской политики. Был любезен, тогда еще говорил со мной по-русски, а не по-украински, вообще, тогда украинский язык еще не навязывалась силой »14. УГВК произвел на П.Скоропадского впечатление типичного революционного штаба, однако с заметной атмосферой любви ко всему украинскому. Встреча с командующим Киевского военного округа полковником М.Оберучевим показала, что он против создания национальных частей. Однако сомнения Скоропадского были прерваны приказом нового командующего фронтом генерала Л.Корнилова украинизировать корпус. Несмотря на высказанные П.Скоропадским опасения, что украинизированный корпус может дать серьезные основания для развития украинства в нежелательном для России смысле, Л.Корнилов все же настоял на своему15.

В августе - октябре украинизация 34-го корпуса была почти завершена, и он получил официальное название 1-го Украинского. В то время П. Скоропадский не раз был в Киеве, в частности, в генеральном секретарстве военных дел, но сведений о встречах с С. Петлюрой в воспоминаниях не подает. Чаще упоминаются контакты с членом УГВК П.Скрипчинським.

Октябрьский переворот в Петрограде, падение Временного правительства обострили политическое противостояние вКиеве, значительно усложнили положение в войсках. П. Скоропадский, который, по собственному определению, должен чисто дисциплинарное военное «воззрения», то есть был адептом «единоначалия», болезненно воспринимал ухудшение ситуации в войсках.

В корпусе активизировалась деятельность различных комитетов, которые имели связи с генеральным военным секретарством, из Киева приезжали определенные лица и подстрекали офицеров и солдат против отправки на фронт. По словам П. Скоропадского, расследование установило, что «эти требования исходят от Петлюры, который был тогда генеральным секретарем, то есть министром» 16.

Корпус получил приказ командования готовиться к отправке на фронт 5 ноября. В связи с этим в частях наметилась определенная раздвоенность - одни готовы были выступить на фронт, а другие стали. Скоропадский был убежден, что «Петлюра же подсылал разных господ убеждать идти на Киев, мне же присылал бумаги, наоборот, о необходимости срочно выступать на фронт» 17.

Были попытки представителей радикально настроенных солдатских комитетов заставить П.Скоропадского направить войска на Киев. При этом также шли ссылки на требования Петлюры. Другой революционно настроен комитет предлагал генералу принять командование над всеми украинскими частями, сформированными на фронте, и двигаться в защиту Киева.

Скоропадский отказался от этих требований и поехал к новому командующего фронтом генерала М.Володченка с просьбой прекратить «вакханалию», которая имела место в корпусе из присылкой Петлюрой различных агитаторов, которые убеждали идти на Киев, а не на фронт. Поскольку главком не желал ссориться с Центральной Радой, то он предложил П.Скоропадскому поехать в Киев для выяснения дела с Петлюрой.

При встрече секретарь военных дел уверял, не посылал никаких агитаторов, наоборот, он сторонник отправки войск на позиции. При этом демонстрировал телеграмму с добрыми пожеланиями в деятельности корпуса на фронте. П. Скоропадский не поверил в искренность Петлюры, Чувствуя, что тот «уклоняется от истины» 18. Ощущение генерала вскоре подтвердились. Петлюра приехал в Бердичев в штаб фронта и, несмотря на протесты П. Скоропадского, добился того, чтобы сто пятьдесят третьей дивизию отправили в пригород Киева, а 104-ю - отправили на фронт. В частях корпуса падала дисциплина, начались беспорядки, военные комитеты требовали отмены приказа идти на фронт.

Скоропадский пишет, что Петлюра продолжал разлагающую работу. В частности, одному батальону дал разрешение не идти на фронт. Депутация Богдановского полка, как выяснилось, посланная С.Петлюрой, выбрала революционный комитет, который начал распоряжаться частью. В этих условиях командующий корпуса, опасаясь, что «разложение может дойти до геркулесовых столбов», телеграфировал командующему фронтом (копия Петлюре), что Петлюра продолжает пропаганду в полках за его спиной и просил освободить от должности. Командующий фронтом отставки не принял. Скоропадский отмечает, что, кроме пропаганды Петлюры, значительно усложнял положение в войсках еще и армейский комиссар Временного правительства, распоряжение которого шли в разрез с приказами строевого начальства. Всего в воспоминаниях этот период командование корпусом П. Скоропадский называет «сплошным кошмаром» 19.

Во второй половине ноября П.Скоропадский отказывается выполнять приказы советского «главковерха» М.Криленка и принимает трудное для себя решение направить войска корпуса не на фронт, а на защиту Киева от возможного вторжения частей 2-го гвардейского корпуса, розпропагованого большевиками. На начало декабря подразделения 153-й дивизии заняли все железнодорожные пункты по линии Гнивань - Казатин, а также Шепетовка - Вапнярка - Казатин. Еще 23 ноября он отправил телеграмму С.Петлюре, в которой изложил взятое им задачи, а также просил договориться с командованием фронта о подчинении корпуса генеральному военном секретарству. Однако только через восемь суток, уже завершив овладение указанными железнодорожными коммуникациями, он получил от С.Петлюры телеграмму о передаче корпуса в ведение генерального секретарства УНР и возложение на него задач обороны всей Правобережной Украины, а также подчинение ему других частин20.

подчиненными военными силами Скоропадский совершил разоружения подразделений 2-го гвардейского корпуса и добился отправки их в Россию в объезд Киева. Сам генерал высоко оценивал эту важную миссию его войск: «Вообще, я без всякого преувеличения могу сказать, что, если большевики появились в Киеве только 21 января 1918 года, а не в ноябре, то причиной тому мой Корпус, который занял указанные выше железной дороги и решительно противился появлению вооруженных частей большевистского направления на этой линии »21.

Эти места воспоминаний пронизаны едва скрытой обидой на лидеров Центральной Рады, которые по-настоящему не оценили действий 1-го Украинского корпуса и его командующего. В другом месте он снова резюмирует: «Не прими я быстрого решения, 2-й гвардейский корпус оказался бы в Киеве еще в ноябре» 22. Итак, П. Скоропадский осознавал свою роль фактического спасителя Центральной Рады.

Однако в воспоминаниях он совсем не касается констатации того факта, что совершил действия, которые фактически добивался от него Петлюра. Необходимостью защиты Киева генерал мотивирует отказ вести войска на фронт, хотя раньше такие требования со стороны солдатских комитетов считали, как боязнь рисков окопной жизни. Правда, изменение это произошло уже после большевистского переворота в Петрограде.

Пока штаб П.Скоропадского курсировал по железной дороге между своими частями, в военном ведомстве УНР произошли существенные изменения. Петлюра подал в отставку с поста главы военного ведомства, мотивируя этот шаг физическим упадком сил, хотя на самом деле главную роль сыграли различия с руководством Центральной Рады как в военной сфере, так и во внешнеполитической ориентации23.

18 декабря по исполнению обязанностей генерального секретаря военных дел приступил М.Порш24. Попытки П. Скоропадского получить необходимое для корпусв снаряжение и поставки завершилось ничем. Уже ретроспективно он искренне признал: «Петлюра, хоть и был невозможным военным министром, все же он был значительно лучшим, чем его следующий заместитель [Порш]» 25.

В эти дни командующим Киевским военным округом был назначен подъесаул М.Шинкар, а полковник Ю.Капкан стал «командующим всеми украинском войсками для обороны Украины от наступления армии народных комиссаров». Скоропадский характеризовал последнего как «подозрительного авантюриста» с «неодобрительное репутацией». С такими назначениями он согласиться миг26.

Кроме того, никаких потребностей в снабжении корпуса М.Порш не удовлетворил. Скоропадский понял, что «здесь играла роль лицо и боязнь того возрастающего значения, которое я приобретал в украинских частях». 29 декабря он передал командование корпусом генералу Я.Гандзюку.

Полгода эпизодических контактов на ниве украинизации армии сформировали в П.Скоропадского представление о С.Петлюру как

Загрузка...

Страницы: 1 2 3