Реферат на тему:


Воспользуйтесь поиском к примеру Реферат        Грубый поиск Точный поиск






Загрузка...
В

В.Ф.Голубев Голубев Валентин Федорович - кандидат. ист. наук, ст. наук. сотр. Института истории НАН Беларуси (Минск, Республика Беларусь).

E-mail: v_goloubeu@mail.ru

сельской общины (ОБЩЕСТВО) XVI-XVIII вв. В УКРАИНСКОМ

ИСТОРИОГРАФИИ Перевод с русского - редакция «УИЖ».

В статье анализируется украинская историография истории сельской общины периода XVI-XVIII вв. Автор приходит к выводу, что несмотря на значительный интерес, институт общества вызывает у исследователей социально-экономической истории, культуры, быта украинского народа и наличие определенного количества специальных работ целостное исследование общества как в пределах Украины, так и по отдельным историко географических регионах (в частности, Правобережье, Левобережье и др.), а также по видам феодального землевладения на сегодняшний день еще делом будущего.

В XVI-XVIII вв. сельская община (община) на землях Великого княжества Литовского (ВКЛ) представляла собой довольно сложный общественно-хозяйственный институт, выполнял ряд функций, основными из которых были две - организационно-оборонительная (для населения, входило в ее состав) и представительная (в отношениях общины с землевладельцем или государством).

Что касается территорий Беларуси и Украины термин «община» в исторических источниках до конца XVIII - начала XIX в. не зафиксирован, но в белорусской и украинской историографии он получил достаточно широкое распространение для обозначения формы самоорганизации населения от первобытнообщинного строя к феодальной эпохи включительно. Относительно периода до начала XIII в. термин «община» историки используют наравне с понятиями «мир», «вервь», «погост» 1. Термином «община» в значении «сельская община» белорусские исследователи пользуются при характеристике соответствующей структуры на белорусских землях после их включения в состав Российской империи, как синонимом русского понятия «община». Поэтому считаем вполне возможным и научно обоснованным применять его наравне, а иногда и замость идентичного и распространенного в белорусских исторических источниках второй половины XVII-XVIII вв. термина «община».

Как свидетельствуют исторические источники, понятие «общество» для обозначения института крестьянского самоуправления в белорусских землях возникает не ранее первой половины XVII в. (В документах XVI в. НЕ встречаем ни одного случая использования термина «община» в значении «община») и, скорее всего, пришло в белорусский язык с польского.

В исторических источниках XVI-XVIII вв. для обозначения территориальной общины на белорусских землях, в которую входило несколько деревень, объединенных, как правило, по признаку принадлежности тому или иному землевладельцу, широко употреблялся термин «волость». Территориальная или волостная, община состояла из меньших единиц, сельских общин, их называли «все», «село». Именно эти сельские общины и получили позднее название «община».

В XVI-XVIII вв. «Дворы», «двора», «поселка», «жребий», «службы», одновременно были единицами налогообложения, в основном представляли собой хозяйства больших сложных семей, одновременно являясь частью сельских общин. В XVI-XVIII вв. они еще не были общинами в понимании общественно-территориальных организаций.

Украинская историография сельской общины Последней концептуальной работой по данной тематике, опубликованной в «УИЖ», была статья А.О.Гурбика «Сельская община в Украине ХIV-ХVIII вв .: эволюция основных общественно-территориальных форм» (1997, №5 ) (прим.ред.). отличается от белорусской большей репрезентативностью, наличием соответствующих работ, авторами которых являются как представители досоветской науки, так и историки Украинской ССР и исследователи истории крестьянства периода независимости Украины. Однако необходимо отметить, что в Украине не создано целостного, комплексного исследования общины во всех видах феодального землевладения в течение Хуи-XVIII вв. (В Беларуси такая книга уже зьявилася2). Очевидно подготовка обобщающего труда по истории сельской общины (общины) в Украине осложняется тем, что условиядля развития этого социально-экономического института в Правобережной и Левобережной Украины в течение данного времени были неодинаковыми, поэтому необходимо рассматривать и сопоставлять по крайней мере два варианта развития общины на украинских землях.

Отметим, что большинство историков и юристов, представителей киевской школы, которые занимались проблематикой Великого княжества Литовского, обычно писали об общине не только украинского, но и белорусского крестьянства. В своих исследованиях они выделяли территорию Литвы, но не всегда делали различие между белорусскими и украинскими землями.

Первыми исследованиями крестьянской общины на территории ВКЛ отличились представители именно киевской школы, ее основал профессор юридического факультета Киевского университета М.Д.Иванишев, который и стал автором одной из первых работ по истории общины в «Юго-Западной России». В.И.Пичета в своей студии с источниковедения и историографии, в разделе «Украинская историография», именно М.Д.Иванишева назвал исследователем, который «заинтересовался также копной судами, как отражением того общинного начала, которое имело столь большое значение в первичной истории славянства и которое не было задавлено польским влиянием »3.

Действительно, одной из первых работ по истории общины на украинских землях стала студия основателя киевской школы М.Д.Иванишева «О древние сельские общины в Юго-Западной России» 4. Ученый отмечал, что на территории Украины известны случаи, когда сельскую общину составляло население одного села, к тому же могло принадлежать разным владельцам (например, с.Богуринське Луцкого уезда). Но чаще всего, по наблюдению исследователя, общины «объединяли в себе несколько, от четырех до девяти, соседних поселков» 5.

При исследовании материалов о общинное судопроизводство М.Д.Иванишев, как профессор юриспруденции, сосредоточивал внимание в первую очередь на юридических моментах деятельности общины. В частности, он обратил внимание на то, что к Литовского статута 1588 было внесено поручение подкомория призначаты на вверенных им территориях места для проведения крестьянских судов (коп). По мнению ученого, это было сделано с целью «распространить сельские народные собрания в Юго-Западной Руси и предоставить им законной силы» 6. Вполне возможно. Но, на наш взгляд, это объяснялось тем, что во второй половине XVI в. в ВКЛ проходил процесс кодификации неписаного традиционного, или обычного, права, предусматривало включение общинного судопроизводства общегосударственной судебной системы.

Трудно согласиться и с утверждением ученого, устав 1588, «приняв в свой состав постановления о копни суды ... подтвердил существование древних сельских общин в Юго-Западной Руси» 7. На самом деле копни суды не были судами только сельских общин. Так, копы действительно могли решать любые спорные вопросы внутри конкретной сельской общины, но в большей степени они регулировали отношения населения определенной территории, на которой находилось несколько общин, - нередко это были отношения между отдельными селами и даже волостями. К тому же компетенция копных судов распространялась не только на крестьянство - иногда они рассматривали дела, в которых ответчиками выступали жители городов и поселков, а то и шляхтичи. В общем М.Д.Иванишев впервые достаточно широко показал деятельность «копы» как следователя, судебного и компенсационного института, несмотря на то, что в названии его труда задекларировано изучения именно «древних сельских общин», а не общинного суда. М.Д.Иванишев подчеркивал, что уже в XVI в. община не имела полного права собственности на свои земли8.

Но «настоящим основателем украинской исторической школы» В.И.Пичета все же назвал В.Б.Антоновича9. С.И.Михальченко, анализируя методологию творчества и исторические взгляды В.Б.Антоновича, отметил большое влияние на его научную деятельность идей М.Д.Иванишева, что оказалось в оценке роли общины в истории10. В одной из самых ранних работ В.Б.Антоновича ( «Исследование о казачестве по актам с 1500 по 1648 гг.»), В основе которой лежало предположение о непрерывности существования общины в «Южной Руси»,отмечалось, что «основной чертой общинного порядка было признание равноправия всех членов общины, решение всех внешних и внутренних вопросов совместно, через общинный приговор на собрании всех членов или на вече, самоуправления или самосуд с помощью тех же вечевых приговоров» 11. В.Б.Антонович, развивая высказанную М.Д.Иванишевим теорию постоянного, с глубокой древности существования у славян общины, попытался создать собственную концепцию истории Южной Руси, в основе которой лежала теория происхождения казачества от древнеславянских общин12.

М.Д.Иванишев и В.Б.Антонович стояли у истоков не только историографии сельской общины - с их именами связано исследования общины и на территории Беларуси, и вообще становления украинской (и, в известной степени, белорусской) историографии как науки.

Многие из представителей киевской школы (В.Б.Антонович, М.Ф.Вла- димирський-Буданов, Ф.И.Леонтович, М.В.Довнар-Запольский, И.О.Малинов- ский, А. С. и М. С. Грушевский, М.М.Ясинський и др.), которые в своих трудах писали и о белорусские земли, в полной мере может быть зачисленным как украинской, так и белорусской и российской историографии (как по месту, где они работали, так и по теме исследования). Современный российский историограф С.И.Михальченко даже издал монографию с характерным названием - «Киевская школа в русской историографии (В.Б.Антонович, М.В.Довнар-Запольский и их ученики)" 13.

Одним из таких исследователей, принадлежащего как украинской, так и белорусской и российской историографии одновременно является М.В.Довнар-Запольский. Белорус по происхождению, работавший в том числе и в Белорусском государственном университете и студии которого по истории общины посвященные территории Беларуси, М.В.Дов- нар-Запольский является одним из основателей белорусской национальной историографии14. В то же время мы полностью осознаем огромный вклад, сделанный М.В.Довнар- Запольским в украинский и русский историографии, о чем убедительно свидетельствует его научная биография и библиографв первой мысли, но «запримичае, что он имеет в виду волостной (окружную) общество, а не сельский, потому огорчение между селом и волостью выступает только с начала Хуи возраста, когда общество уже начинает отмирать; с другой стороны, волость в актах встречается частийш, чем деревня »27. Отметим, что научные споры и, возможно, даже некоторое соперничество, соревнование в вопросах исследования истории ВКЛ между М.В.Довнар-Запольским и М.К.Любавським продолжаться и в дальнейшем.

Действительно, М.В.Довнар-Запольский поддерживал взгляды М.Ф.Владимирсь- кого-Буданова, хотя ни один, ни второй не смогли привести реальных фактов распределения или передела земли внутри общин. Несмотря на это, во втором, доработанном, варианте своего исследования об общине в белорусских поднепровских и подвинських волостях, которое вышло под названием «западнорусского волостная и сельская община» в составе «Очерков по организации западнорусского крестьянства в XVI в.» 28 М.В. Довнар-Запольский продолжал утверждать, что М.К.Любавський не признавал существования общины в Беларуси, отрицая его право участвовать в переделе земли: «Профессор М.К.Любавський вообще очень негативно относится ко всякого рода проявлений общинной жизни в Западной России. Он абсолютно отрицает право сельских общин участвовать в раздаче свободных участков. Нечего и говорить, что профессор М.К.Любавський не признает поземельного связи в волостной общине, считая совершенно противоречивым положения профессора Буданова, по которому право частной собственности сочетается с общинным, поскольку именно общинное землевладение является «неуловимой призраком» 29.

В то же время ознакомления с текстом труда М.К.Любавського «Областное деление и местное управление Литовско-русского государства до времени издания первого Литовского статута» 30, на которую ссылался М.В.Довнар-Запольский, свидетельствует, что М.К. Любавский действительно критиковал формально-юридический подход М.Ф.Владимирського-Буданова в некоторые явлений социально-экономической жизни ВКЛ. Последний, как историк права, нередко позволял себе прибегать к довольно свободных сопоставимыхь, перенося юридические практики XIX в. реалии XVI в. - например, рассуждения о том, что сельские земли когда-то находились в распоряжении всего села, потом делило их на дворища31. В этом случае, на наш взгляд, прослеживается прямая аналогия с жизнью русской деревни после принятия манифеста от 19 февраля 1861 Кроме того, М.Ф.Владимирський-Буданов, утверждая о «правах сельских общин» распределять землю в белорусском или украинском селе Хуи ст., не назвал ни одного документа, который подтвердил бы существование таких прав, и не привел ни одного факта, который свидетельствовал бы о таких распределения. С учетом этого М.К.Любавський просто не мог не ответить М.В.Довнар-Запольского, тем более, что они занимались близкими вопросами социально-экономического развития Великого княжества Литовского, ссылаясь в основном на материалы Метрики ВКЛ, причем каждый - в основном на выявлены и проработаны им лично.

Необходимо обратить внимание и на то, что в вопросе происхождения общины и оценки ее роли в истории России М.В.Довнар-Запольский разделял позиции представителей российской государственной школы, которые выступили с концепцией о «государственном происхождения общины в России». Согласно ей, история общины как универсального института, существовавшего у всех народов Европы, прошла в России три основных этапа: первый - родовая община, которая была разрушена «на Руси» с приходом норманнов; второй - патентованная община, построена на отношениях между феодалом и крестьянами, которые свободно поселились на его землях; третий - «с XV в., когда российское государство в тягловых интересах превратила собственническую общину на государственную, которая представляла союз людей, объединенных уже не в частной основе, а на общих обязательствах по отношению к государству» 32. Эта теория развития русской общины, сформировавшейся перед проведением крестьянской реформы 1861, держалась не в научных фактах, а скорее на желаниях ее авторов, но послужила своеобразным обоснованием возможности очередной раз прикрепить крестьян к общине, а саму общину сделать почти целнейшего прикрепленным к государству институтом.

Главным недостатком исследований М.В.Довнар-Запольского по истории сельской общины было то, что он, находясь под влиянием российской государственной школы, и белорусскую общину XVI в. трактовал не институт крестьянской самоорганизации и самоуправления, а созданной властью структурой. Поэтому-то, отмечая черты самостоятельности в действиях общества в государственных владениях на востоке Беларуси в XVI в., Которые оказывались в первую очередь в борьбе сельских и волостных общин за свои права в основном путем апелляций к верховной власти ВКЛ, и не найдя желаемого для него руководства общиной со стороны государства, ученый сделал ошибочный вывод о том, что община здесь в XVI в. исчезла. Проявления ее реального существования - коллективное отстаивание крестьянством общих интересов, деятельность общины, организованная «снизу» крестьянами, а не «сверху» властью - исследователь почему оценил не как силу, а как слабость общинных институтов в Беларуси. Показательно, что во введении как к первому, так и ко второму изданию названной труда по истории общины в XVI в. М.В.Довнар-Запольский отмечал, что он не просто изучает этот институт, а исследует «его распад» 33. Более того, свою первую студию, посвященную общине, он закончил словами, которые свидетельствуют о его уверенность в том, что к концу XVI в. она исчезает: «Эти реформы (Волочная по мере и связанные с ней мероприятия - В.Г.) завершили расписание общины, подготовленный предыдущей жизнью. На самом деле до конца XVI в. проявления общинной жизни замирают »34.

Необходимо отметить, что в окончательном варианте исследования общины М.В.Довнар-Запольский признал несомненность самого факта «общинного самоуправления, и притом не созданного какими-то специальными мерами правительства» 35. Однако выводы он сделал почти такие же, как и в предыдущей работе, основаны на том же ошибочном суждении об исчезновении общины в результате реформ: «Но историк застает общину в момент ее агонии. Она локализовалась среди данников поднепровских и подвинських волостей, хотя грунтовыхни следы ее можно наблюдать и в тех Жмудского и русских областях, которые окружали собственно Литву, частично даже в самой Литве (в последних местностях общинное жизни достаточно заметное в частнособственнических землях даже в сравнительно позднее время (вторая половина XVI в.)) и почти исчезла на хозяйственных землях. Это объясняется тем, что в западных дворах было введено управление на основании встал »36.

На упомянутые недостатки исследования М.В.Довнар-Запольского обратил внимание и М.К.Любавський. В своем фундаментальном рецензии на «Очерки по организации западно русского крестьянства в XVI в.» Он не только подверг критике методику исследования М.В.Довнар-Запольского, но и заявил, что «ставя своей задачей воспроизведения старинной западнорусской общины, как исторической реальности известного времени, автор подвергся воздействию взглядов, которые господствовали в нашей историографии в пьятдесятих- шестидесятых годах XIX в., но которые в настоящее время уже не имеют признания в науке »37.

М.К.Любавський доказательно утверждал, что М.В.Довнар-Запольский ошибался и тогда, когда заявлял, что сельская община перестала существовать в Беларуси после проведения Волочная помири и связанных с этим мероприятий.

В это же время на «Очерки по организации западнорусского крестьянства в XVI в.» Вышла короткая рецензия известного украинского историка М.С.Грушевського38. Автор, отметив, что книга М.В.Довнар-Запольского, хотя и под новым названием, «дает не так много», объяснил это тем, что ее автору было просто необходимо выступить с трудом, была предложена Киевскому университету как докторская диссертация, и которую он скомпилировал из двух своих опубликованных ранее и определенным образом доработанных статей (первая - «западнорусского волостная и сельская община», вторая - «Крестьянская реформа половины XVI в.» - В.Г.). Многие замечания М.С.Грушевского и М.К.Любавського почти совпали, особенно об искусственности объединения очерков об аграрной реформе и общину под одной обложкой. М. С. Грушевский отмечал, что автор, «перерабатывая свою первую разведку,очевидно, должен был стараться приладить ее к другой, однако они лучатся между собой слабо и делают впечатление механического соединения, вызванного более посторонними мотивами, чем содержанием »39. М. С. Грушевский высказал мнение, что это произошло потому, что М.В. Довнар-Заполь- ский в своей статье «занимается более техникой ... тех реформ, которые переводило правительство Великого княжества Литовского в середине XVI в.,

Загрузка...

Страницы: 1 2 3