Реферат на тему:


Воспользуйтесь поиском к примеру Реферат        Грубый поиск Точный поиск






Загрузка...
ДРЕВНЯЯ И НОВАЯ ИСТОРИЯ УКРАИНЫ

В. Ю. Жиряков

должностными-функциональный метод И ГИПОТЕЗА "КОМАНДИРОВ МИРНОГО ВРЕМЕНИ" КАК ИНСТРУМЕНТЫ ИЗУЧЕНИЯ ВОЕННОЙ ЭЛИТЫ

На нынешнем этапе исследователями разных направлений активно разрабатывается и вводится в научный оборот значительное количество новых гипотез, посвященных проблемам Второй Мировой войны. Для проверки своей истинности они нуждаются в обсуждении широким кругом историков в ходе научной дискуссии. Поэтому изучение гипотезы "командиров мирного времени" выдвинутой в имперском направлении постсоветской историографии Второй мировой войны и изложения ее основных положений является актуальным.

Целью данной статьи является анализ гипотезы "командиров мирного времени", которая является одной из основных гипотез, используемых в имперском направлении при рассмотрении проблемы квалификационного уровня военной элиты Рабоче-крестьянской Красной армии (РККА).

Для достижения поставленной цели ставятся следующие задачи: рассмотреть ее генезис, установить и раскрыть ее ключевые положения и алгоритм использования тесно связанного с ней посадово- функционального метода.

При рассмотрении проблемы квалификационного уровня кадров РККА стоит выделить две основные линии изучения проблемы в имперском направлении. Условно их можно назвать классической и модернистской.

Классическая линия исследования проблемы традиционно связана именно с изучением вопроса о влиянии репрессий 1937-1938 гг. На квалификационный уровень кадров РККА. В рамках этой линии применяются традиционные методы исследований. Также в кругу классической линии была проведена критика предыдущих гипотез, посвященных этой проблеме в либеральной историографии, и разработана новая гипотеза причин репрессий, опирается на фактографический материал политической истории. Среди исследователей классической линии выделяются такие ученые как А. Колпакиди, А. Прудникова, Р. Баландин, И. Пыхалов, С. Миронов, Ю. Мухин.

Модернистская линия проблемы квалификационного уровня кадров РККА резко смещает акценттникы лезут вверх, чтобы удовлетворить свои мечты о материальных благах »[6, с.245].

Третьей причиной Ю. Мухин считает разницу в сферах приоритетности деятельности Адольфа Гитлера и Иосифа Сталина как руководителей. А. Гитлер был компетентен в военной области, а Сталин - как экономический менеджер. Исследователь отмечает, что для того, чтобы найти талантливых военачальников, "начальник обязан спускаться глубоко вниз, искать таланты внизу. Гитлер это делал - он принимал активное участие в учениях разных уровней, знакомился с тысячами офицеров, .Сталин же, повторяю, воевать не мечтал, военным вождем становиться не собирался, на военные учения и знакомство с перспективными офицерами и генералами у него просто не было времени »[6, с.246].

В ранней версии гипотезы "командиров мирного времени" Ю. Мухин еще оказывает приоритетное внимание репрессиям 1937-1938 гг. Однако логика развития этой гипотезы требует ее расширения. Она также требует рассмотрения вопроса о компетентности всего кадрового офицерства, а не только компетентность участников группы М. Тухачевского.

Изучение проблемы квалификационного уровня военной элиты в традиционной историографии достаточно хорошо разработано. В ней принято оперировать следующими параметрами: наличием и уровнем формальной военного образования, стажу службы в армии вообще и стажем пребывания на данной конкретной должности. В последнее время был введен еще один параметр - непрерывность командного стажа, то есть прохождения без пропусков иерархии командования взводом - ротой - батальоном - полком - дивизией - армией - округом. Родниковая база для выявления этих параметров хорошо известна. Как сторонники тезиса о высокий квалификационный уровень группы М. Тухачевского, так и их противники широко оперируют этими данными.

Такие параметры, также используемые в традиционной историографии, как определение квалификационного уровня по итогам практического командование боевыми действиями в ходе операций Гражданской войны и теоретические разработки 20-30-х годов исористовуваты на данном этапе изучения источниковой базы нерационально.

К сожалению, тезис о высоком квалификационном уровне тех или иных полководцев базируется, в основном, на военной пропаганде эпохи Гражданской войны и полемических материалах политической борьбы 1920-1930-х гг. Без широкого изучения первичных оперативных документов РККА времен Гражданской войны и введения их в научный оборот, установить персональную ответственность как за победы, так и поражения представляется невозможным. Итак, установить квалификационный уровень советской военной элиты опираясь на итоги операций Гражданской войны в настоящее время вряд ли возможно.

Используемые в качестве аргументов цитаты из публичных выступлений и печатных материалов не могут быть доказательствами теоретических взглядов представителей военной элиты. Эти взгляды отражены: в так- тико-технических обоснованиях на те или иные типы боевой техники, штатных расписаниях соединений различных родов войск, пропорциональном соотношении видов войск, программах обучения военно учебных заведений и боевых уставах. Только изучение этой источниковой базы, с установлением персональных разработчиков и материалов дискуссий среди военной элиты по решению данных вопросов позволит установить их реальные теоретические взгляды.

Таким образом, в традиционной историографии, к сожалению, используются весьма формальные и количественно ограничены параметры при изучении проблемы квалификационного уровня военной элиты.

На начало XXI века стала ярко видна кризис при изучении проблемы квалификационного уровня советской военной элиты. Он оказался в следующем: во-первых, проблема квалификационного уровня военной элиты рассматривалась в традиционной историографии как один из второстепенных элементов изучения проблемы репрессий 1937 года, поэтому закономерно отсутствие теоретической базы; во-вторых, отсутствие методики изучения данной проблемы; в-третьих, неразработанность источниковой базы

В 2004 году выходит работа Ю. Мухина "Отцы-командыры ". Она имеет уникальную форму совместной работы мемуариста и историка исследователя. В этом исследовании Ю. Мухин и выложил полную версию гипотезы" командиров мирного времени "и тесно связанный с ней должностного функциональный метод.

Суть этой гипотезы сводится к тому, что значительное количество военной элиты мирного времени не обладает качествами, необходимыми для военного профессионала. Причем это явление носит системный характер.

Естественно для доказательства этого тезиса требовалась разработка специального метода. Им и стал должностного функциональный метод. Он предусматривает построение идеальной модели необходимых для данной деятельности качеств и сравнение этой идеальной модели с реальной.

Свой анализ Ю. Мухин начал по выявлению функций кадрового офицерства как социальной страты. Исследователь указывает: "Прогресс идет в направлении все большего и большего разделения труда и с этим ничего сделать нельзя. В плане этого разделения необходимо выделить из общества часть людей, которые умели уничтожать внешнего врага в тех случаях, когда это необходимо." .В обществе должны быть и люди, которые проблемами уничтожения врага должны заниматься специально: знать об этом все, что только возможно, и уметь все, что для этого нужно. Эти люди - офицеры. Учитывая, что в реальной войне риск гибели офицеров больше, чем риск среднего гражданина в мирном обществе, общество предоставляет офицерам огромные льготы: они освобождены от проблемы "приобретать в поте лица хлеб свой насущный", им устанавливаются высокие доходы, а на пенсию их отпускают часто еще в расцвете лет. Общество как бы кредитует офицеров с надеждой, что с началом войны офицеры этот свой долг ему вернут своею смелостью, честностью и самоотверженностью. Только в таком случае обществу смысл удерживать офицеров - людей, готовых за это общество принять смерть в бою. Сама по себе их смерть обществу не нужна - обществу нужна победа, поэтому, пока нет войны, офицеры должны тщательно изучать то, как уничтожить врага, итщательно к этому готовиться. Если войны не случится, то офицер свой долг обществу отдать не сможет и его оправданием будет только вот эта его готовность »[4, с.278].

Именно то, что значительные материальные блага предоставляются кадровым офицерам обществом в кредит, стимулирует, по мнению Ю. Мухина, значительное поступление в армию мирного времени людей, заинтересованных прежде всего в материальных благах. Подобная человек, утверждает исследователь, "идет зарабатывать деньги в казарму и тоже вскоре становится специалистом по получению доходов от военной службы, а поскольку эти доходы в армии зависят от должности и звания, то она становится специалистом по получению должностей и званий, то есть она умеет делать то, что нравится начальству, что дает эти же должности и звания. а нужны ли такие специалисты обществу? Ведь если начнется война, то польза от таких специалистов мизерная - на войне нужно уметь убивать врага, а не выслуживать оклады »[4, с. 278]. Поэтому для армии мирного времени является типичным то, что чем выше должность, тем больше на ней подобных людей. Так, подсчитал исследователь, с довоенного советского высшего генералитета, пригодными для войны оказались 18%. [5, с.427].

Ю. Мухин задается вопросом, является ли это специфическим для РККА, или это общее явление для армии мирного времени. Исследователь приходит к выводу: "Боюсь, что мы еще и не из худших. То, как немцы разогнали польскую армию, как разгромили французскую и трех лет гоняли англосаксов, позволяет думать, что в остальных странах состояние с офицерством был еще хуже» [4 , с.280]. В своей работе 2007 года "Если бы не генералы! Проблемы военного положения", рассмотрев фактографический материал по армии США в период 1935-1945 гг., Исследователь указывает, что с довоенного высшего генералитета США, пригодными для войны оказались 14% [5, с. 424]. Поэтому Ю. Мухин приходит к выводу, что это явление типичное.

Следующим типичным явлением армии мирного времени исследователь считает интеллектуальное расслабления. Ю.Мухина замечает, что интеллектуальное расслабления объясняется "определенной интеллектуальной легкостью арма, особенно это касается его смелости. Не имея опыта боев и не думая о них до войны, советские офицеры с началом сражений оказались не способны принимать собственных решений. И единственным способом для массы офицерства было "или настойчивое уклонение от принятия решений, или тупое исполнение приказа вышестоящего командира" [4, с.332].

Наконец, последней важным качеством для офицеров Ю. Мухин считает храбрость. Храбрость - это "способность овладеть своим инстинктом самосохранения, зажать страх в кулаке и действовать без паники в условиях, когда тебя ежесекундно могут убить» [4, с.326].

Итак, мы видим, что изучение вопроса о кадровом составе РККА переведено в другой плоскости. В советской и либеральной историографии предлагалось рассматривать эту проблему изучением вопросов, виновен или нет группа М. Тухачевского, сколько офицеров подверглись репрессиям и наличии формальной военного образования. Классическая линия имперского направления также сосредоточилась на изучении этих вопросов.

В модернистской линии приоритетными становятся вопросы о качественном составе РККА. Для этого надо установить количество лиц, занятых своим материальным благополучием, некомпетентных, колеблющихся, трусов. Особую сложность представляет собой разработка методов, которые могут обнаружить именно количественное соотношение. Ведь одним из методических принципов имперского направления является именно приоритет цифровых доказательств. Также ясно, что нужно широкое изучение другой, отличной от используемой в советской и либеральной историографии, источниковой базы. Постановка этой проблемы нашла понимание и у историков, которые не относятся к имперскому направления. В частности,

В. Замулин в своей монографии 2007 года "Курский излом. Решающая битва Отечественной войны" ввел 118-страничный раздел "Командиры Огненной дуги", где попытался рассмотреть вопрос о профессиональную компетентность командного состава Красной Армии, используя как базу источников боевые характеристики и личные дела офицеров [2 , с.130-248]. Он указал, что ключевая базаим будет вооружен, будет находиться в укрытиях или в чистом поле, атаковать открыто, применит партизанскую тактику "[4, с.328].

Следующий этап - выяснение, кто из военачальников предлагал какую тактику, то есть, как они представляли действия своих солдат по уничтожению врага.

И последним этапом является установление технической политики. Военачальники должны заказать у конструкторов оружие, не любую, а в соответствии с выбранной ими тактики.

Далее все это надо соотнести с реальным ходом военных действий. Процент прогнозируемости предвоенной деятельности каждого военачальника и даст возможность определить его реальную профессиональную компетентность.

Проведя анализ деятельности М. Тухачевского по этой методике, с использованием фактографического материала А. Широкорада и опыта Второй мировой войны, Ю. Мухин сделал вывод: "Тухачев- ский, который заказывал для Красной Армии артиллерию, был или откровенным врагом, или откровенным идиотом »[4, С.329].

Продолжил свою работу по исследованию гипотезы "командиров мирного времени" Ю. Мухин в работе 2007 года "Если бы не генералы! Проблемы военного положения". Однако эта 700-страничная монография не содержит новых методических разработок, а является скорее фактографическим дополнением к ранним работ исследователя.

Эти методические разработки Ю. Мухина используются в имперском направлении. В частности, А. Исаев в работе "Георгий Жуков. Последний довод короля" рассматривая проблему боевых действий С3 армии под Вязьмой, использует теоретическую разработку Ю. Мухина - посадово- функциональный метод. Проанализировав оперативные документы Западного фронта и 33 армии, мемуары, посвященные этой проблеме, А. Исаев приходит к выводу, что причиной неудачи этой операции стало то, что М. Ефремов не решился отрываться от линии снабжения. Далее исследователь указывает, что если бы во главе 33 армии были смелые командующие, например, К. Рокоссовский или Г. Захаров, то вместо поражения было бы как минимум достигнуто оперативного успеха.

Таким образом, алгоритмэта ветвь критики Жукова идет в армейскую среду тактического звена. Главный тезис этой критики не декларируется в явном виде, но вполне отчетливо прослеживается: высокие потери и неудачи в битве всегда является следствием ошибок высшего командного состава. В далекой перспективе такая критика ставит целью выдачу индульгенции командирам среднего звена. Они практически никогда не ошибаются, а неудачи их является следствием неправильных приказов "дураков-начальников» [3, с.18].

Именно труда авторов имперского направления полностью подходят под указанные А. Исаевым критерии, особенно исследования А. Мартиросяна "22 июня. Правда генералиссимуса". Сам принадлежа к имперскому направления, А. Исаев не рискнул ни привести названия монографий, ни назвать исследователей, ни провести критический анализ их тезисов, так, как он сделал с трудами авторов либерального направления. Интересно, что в своем исследовании 2004 года "От Дубно до Ростова" А. Исаев приводит те же тезисы имперского направления по деятельности Г. Жукова на посту начальника Генштаба РККА, которые позже назовет «неконструктивной критикой".

В. Исаев ничего не говорит о научной суть работ авторов второй группы. Однако он пугает их возникновением аксиологических проблем. "Желание армейской среды перекладывать вину на высшее руководство, а самому оставаться в чистом белом костюмчике понятно и его можно объяснить, но нельзя поддержать. Это крайне опасная тенденция, приводит к расхолаживания армии, неизбежным следствием чего являются тяжелые поражения в больших и малых войнах. Особенно важно это в условиях локальных конфликтов, где большая нагрузка ложится именно на тактических командиров. Если они будут думать: "Мы всегда в белом, а начальники - дураки и тупые", - то вместо белого костюма в них будут вс шансы обзавестись белыми тапочками и цинковым домиком »[3, с.18].

Таким образом, А. Исаев призвал авторов имперского направления прекратить разработку гипотезы "командиров мирного времени", указывая на возникновение аксиологической кризиса, если подобные опытния будут продолжены.

В советской историографии проблема квалификационного уровня командиров РККА практически не изучалась. Естественно, что пока поколение командиров Второй Мировой войны занимал высокие должности в советской военной иерархии, изучение данной проблемы находилось под негласным запретом. Поэтому для изучения была открыта очень узкая проблематика - компетентность группы "красных милитаристов" во главе с М. Тухачевским. Однако эта проблематика была частным случаем проблемы изучения репрессий 1937-1938 гг. Поэтому тезис о компетентности или некомпетентности группы "красных милитаристов" использовалась в качестве аргумента для доказательства обоснованности или необоснованности репрессий. Рассматривали эту проблему, прежде всего, специалисты по политической истории советского периода. Поэтому они традиционно использовали следующую ключевую базу: наличие и уровень формальной военного образования, стаж службы в армии вообще и стаж пребывания на данной конкретной должности, материалы военной пропаганды эпохи Гражданской войны, полемические материалы политической борьбы 1920-1930-х гг., Цитаты из публичных выступлений и статей "красных милитаристов", мемуары политических деятелей.

В период конца ХХ - начала XXI века такой фактор, как негласный запрет на изучение данной проблематики была снята. Однако либеральная постсоветская историография, снова подменила изучение проблемы квалификационного уровня военной элиты, проблемой изучения обоснованности репрессий группы "красных милитаристов". Этим же путем пошли представители классической линии имперского направления. Исследователи как либерального направления, так и классической линии имперского направления, вновь сосредоточились на изучении все той же, известной с советских времен, источниковой базы.

Таким образом, проблема компетентности военной элиты оставалась фактически необработанной. Первым указал на это А. Широкорад. Исследователь отметил, что необходимо перейти от проблемы обоснованности репрессий собственно к проблеме компетентности военной элиты.

Как разработку теоретической базы изучения проблемы компетентности военной элиты - гипотезу "командиров мирного времени", так и разработку методики ее изучения - должностного-функциональный метод, насколько нам известно провел Ю. Мухин. В своих работах "Убийство

Сталина

Загрузка...

Страницы: 1 2