Реферат на тему:


Воспользуйтесь поиском к примеру Реферат        Грубый поиск Точный поиск






Загрузка...
Задача создания основ философии государственной политики, государственно-политических решений

Задача создания основ философии государственной политики, государственно-политических решений

Философия право- государства как наука должна содержать мировоззренческие концепции построения, функционирования и развития политической, государственной власти, правотворчества. Эти концепции формировались от представлений восприятия государственности как таковой со знаком добра или зла, то есть от формального подхода, к сущностной ее восприятия: способов приобретения государственной власти и пользования ею. Последние могут быть несправедливыми и даже преступными. Следовательно, задачей методологии государственно-правового строительства является определение, а, возможно, и формирования на базе философии права, государства справедливых государственной политики, политических решений, а результатом решения качество государственного аппарата, справедливость этой политики.

Этот результат, безусловно, должно достигаться не за счет советы избрания к власти умных и добрых. Научные рекомендации должны иметь целью построение эффективной системы, организации, которая бы функционировала, обеспечивала необходимый уровень качества государственных решений, независимо от качеств руководителей любого уровня (построение системе, не рассчитанной на гения). Такие мысли (правда, только в постановочных, а не в конструктивном плане) уже высказывались. Так, по мнению Александра I, "хорошие законы и наставления нужнее и надежнее хороших людей, которые всегда появляются благодаря только счастливым случаев". Если же "появляются хорошие законы и наставления", то любые люди будут вести себя хорошо »[77, 291].

В конструктивном плане задача будет заключаться в формировании методологии разработки, принятия и реализации решений, обеспечении их необходимого качества. Но система может только вооружать руководителя альтернативами решений. С одной стороны, он ограничен в принятии явно некачественного решения, а с другой выбор между равно- качественных альтернатив будет зависеть уже от качеств субъекта управления.

С иных позиций подобнуюамоврядування, имманентное человеческому обществу, естественно соответствует его потребностям на самых ранних стадиях развития и до поры до времени остается существенным, а часто и главным элементом системы управления обществом, гарантией справедливости государственной политики. Но по мере того, как развивается общество, усложняется задача управления им, существенно меняются содержание понятия самоуправления и его институциональное оформление.

В любом обществе существуют сельские и городские общины основа территориального самоуправления и определенные формы объединений корпоративные, сословные или профессиональные, религиозные основа соответствующих форм самоуправления общества субъектов регуляторной деятельности. Окончательное понятие "общество" сложилось в античности в противовес "государству" только по отношению к эллинистической или римского государства, что лишало общество ее политической самостоятельности, а значит и статуса субъекта регуляторного влияния. Средневековый город, напротив, было "коммуной" с момента его возникновения, независимо от того, насколько четко осознавалось понятие "корпорация" как таковое ". В то же время" было неизвестно или только зарождалось автономное управление »[34, 323, 326], что способствовало становлению статуса соответствующей формы объединений как субъекта регуляторной деятельности.

Общая закономерность возникновения современного государства ее формирования в условиях борьбы с различными проявлениями общественного самоуправления. Исход борьбы во многом определял круг субъектов регуляторного влияния и степень авторитарности государства. Формы общественного самоуправления, возникнув как самостоятельные, естественные, постепенно превращались в формы, допущенные государством к участию в регуляторной политике с целью повышения эффективности управления системой "государство общество". Но самоуправление в смысле известной автономии части системы, оптимизации управления системой в целом постепенно проникает и в область публичной власти. Современным примером может служить практика залучение неправительственных организаций к разработке, обсуждению и принятию путем участия в работе коллегий министерств и ведомств регуляторных решений. Так появляется административная автономия.

Если первая тенденция возникает как объективно существующее естественное право общины, признано государством, то вторая реализуется как принят "сверху" закон-приказ. Идея о естественном праве общины на самостоятельное решение своих дел сыграла определенную роль в революционном движении 1830, который вызвал отделение Бельгии от Нидерландов. Обоснованием идеи была аргументация: "Общество старше государства, закон ее находит, а не создает" [56, 28]. Однако в дальнейшем, по мере того, как понятие самоуправляющейся группы перестало связываться с обществом, а было перенесено на административные единицы внутри государства, возможности естественно-правового обоснования соответствующих претензий уже отпали. Источником полномочий территориальных объединений мог стать только закон, а следовательно, такое право возникало уже только по усмотрению государства, независимо от того, принималось решение под давлением народа или вследствие признания "сверху" целесообразности введения подобной системы внутреннего управления.

Таким образом, "естественный" с точки зрения права характер самоуправления присущий только традиционной общине, а все остальные его формы определенным образом косвенные государственным актом. По сути, большого различия здесь нет, если понимать под самоуправлением только решения чисто управленческих задач.

Можно утверждать, что украинской традиции свойственны оба способа привлечения самоуправления в осуществлении регуляторной политики. Ни один из периодов в истории Украины нельзя считать свободным от элементов самоуправления: даже в классические периоды существования в составе чиновничьей централизованной России элементы самоуправления сохранялись в общинах. По мере становления российской государственности, увеличение территории царства и империи вместе с теми институтами самоуправления, рождаются «снизу», появлялись и такие, что насаждались "сверху". так,если община у крестьян и самоуправления ремесленников были естественными формы самоуправления, то земские учреждения 1864 возникли вследствие реформы, задуманной и осуществленной правительством России.

Иногда возникает иллюзия того, что современное самоуправление является чем-то, если не вторичным по отношению государственного управления, то во всяком случае таким, непосредственно ему принадлежит и не мыслится самостоятельным. Но это заблуждение. Самоуправление является вполне самостоятельной политико-правовой ценностью, открытой человечеством в процессе исторического развития. О роли и значении проблемы самоуправления свидетельствует хотя бы дискуссия в России, идет на протяжении двух веков, между "общественной" (В. Лешков, А. Васильчиков и др.) И "государственным" (А. Градовский, Коркунов) школами самоуправления , каждая из которых по-своему трактует проблему его происхождения и соотношения с органами государственной власти и управления.

Эта проблема интересует только с точки зрения распределения регуляторной компетенции и обеспечения справедливости, нравственности регуляторных решений. Именно по этой точки зрения отметим, что найприваб- ших доктрина либерализма исходит из разграничения общества и государства и признание того, что первое важнее. Дж. Локк, например, считал, что общество гораздо важнее держа6ы, поскольку распад государства не вызывает гибели общества, но никакое государство не может устоять, когда исчезает общество. Эта позиция понятна, ее можно разделять и даже развивать, исходя из современных представлений о государстве как только одну из многочисленных ипостасей общества, систему, которую общество выделяет (даже если на первый взгляд это выглядит как привнесенное извне) для самоуправления. При такой постановке вопроса любое управление оказывается самоуправлением, и о народе всегда остается право поставить заслон несправедливым решением, "положить конец наглости правителей, нарушивших общественный договор» [66, 197].

Совсем другая позиция присуща концепции Н. Макиавелли, который первым из великих мыслителей стал рассматривать проблемыполитической власти отдельно от морали, объявив эту власть самоценностью. По его мнению, государство самоциннисна, не зависит от других ценностных систем. У правителя нужда власти перевешивают требования морали [66, 143]. Для Макиавелли ценность политических средств и форм в их целесообразности, способности служить решению поставленных перед государством задач. Развивая эту мысль, можно предположить, что и самоуправления стоит допускать в том случае, если оно будет способствовать сохранению status quo в государстве.

Как справедливо заметил А. Ковлер, "самоуправление как непосредственное управление обществом (сообществом) самим обществом (общностью) свойственно в основном именно первоначальным общинам уже в силу" естественности "такого управления, вытекает из характера первоначальной собственности, компактности и небольшой численности общины "[65, 13]. Впоследствии прямое участие всех представителей общества в управлении стала все подменяться представительными принципами. Наконец, с возникновением государственности происходит разделение "потестар- них функций на собственное управление определенной сферой жизнедеятельности группировок и владычества как процесс обеспечения интегративной целостности этого сообщества и поддержания в ней общего порядка" [65, 54]. С этого времени самоуправления (управления) начинает подчиняться общим задачам политики государства.

По мере институционального оформления государства и постепенного отчуждения институтов государства от общества у исследователей возникает иллюзия возможности противопоставлять государственное управление общественному самоуправлению, хотя речь идет, по сути, о явлениях однородны.

Не ставя целью проследить генезис понятия «самоуправление», ограничимся указанием одного из самых точных научных определений предмета: "Самоуправление имеет место, когда руководящая подсистема формируется (выделяется) самой системой, а управление когда она" навязывается " системе извне (как правило, "сверху") или самовидтво- сти »[30, 17]. Такое определение существенно дополняет традиционное представление о самоврядуванния как "самоорганизации граждан, особенности правового регулирования которой заключается в совпадении объекта и субъекта правоотношений» [100, 14]. Собственно говоря, второе определение касается только непосредственного самоуправления, свойственного ранним стадиям развития первобытного общества.

Многие исследователи соотносят степень развитости институтов общественного самоуправления с "силой" или "слабостью" государственной власти. Так, И. Ильин считал, что любое государство "осуществляет властное заботы и всегда сферы народного самоуправления". По его мнению, сильная власть несовместима с самоуправлением, тогда как государство, "удовлетворяется слабой властью, больше приближаться к корпорации" [62, 416]. Такая позиция представляется спорной, хотя ее источники вполне понятны. Стоит отметить, что стремление непосредственно управлять всеми сферами общественной жизни слабо согласуется с современными представлениями о сильной действующую государство. Если критерием силы государственной власти считать поддержку со стороны общества, то окажется, что тенденция к тоталитаризму является именно признаком слабого государства, для которого единственным способом воздействия на общество остается всепроникающий аппарат принуждения (подобно тому, как стремится все сделать сам слабый руководитель). В то же время современные либерально-демократические государства, вполне сильные и авторитетные, широко используют различные формы общественного самоуправления.

Исследование соотношения централизации и децентрализации (соотношение субъектов управления) связано не только с выбором субъекта государственной регуляторной политики, обеспечением ее справедливости, но и с определением философской концепции этой политики. В общем известны два основных типа философских концепций регуляторной политики, о которых уже говорилось выше. Эти концепции давно замечены, изучены и в основном ассоциируются с восточной и западной моделями общественно-политического развития. Целью управления по восточной моделью является поддержка системы, а по западной обеспечение автономии индивида [124]. В рамках второй модели такоже существуют и исследованы два основных способа внутреннего регулирования, один из которых соответствует романо-германской, а второй англосаксонской правовой семье. Если во втором случае самоуправления положено в основу внутреннего регулирования в стране, то в первом общество вместе с институтами самоуправления было в определенной степени поглощено "государством", то есть администрацией, разрослась и живет собственными интересами.

О французской администрацию второй половины XVIII в., Что, как известно, проводила авторитарную политику, А. Токвиль писал: "Ее пугает маленькая независимая корпорация, изъявляет желание образоваться без ее содействия, ее беспокоит самая свободная ассоциация, какой бы ни была ее цель, она допускает существование только таких ассоциаций, которые были сформированы на ее усмотрение и находились под ее ферулы "[14, 647]. Несмотря на коренные изменения в государственном строе в результате Великой французской революции, принципиальных изменений в формировании тандема "государство общественное самоуправление" во Франции так и не произошло. Так же можно охарактеризовать регуляторную политику, которая проводилась общественно-политическим комплексом за социалистическую эпоху в истории Украины. Реализация ним регуляторной политики происходила таким же образом, как и французской администрацией.

Здесь стоит внести уточнения. Во-первых, приведенным выше классификациям, как и любым другим, несмотря на их общем общепризнанный характер, присущее упрощения, вызванное необходимостью втискивать все богатство эмпирического материала в узкие пределы схемы. Во-вторых, даже соглашаясь с этой классификацией, следует признать, что государственное управление и общественное самоуправление в своем развитии то сближались, то расходились, в том числе при формировании основных принципов внутреннего управления.

В наше время происходит процесс активного сближения систем управления и самоуправления, в частности в сфере регуляторной деятельности. Причем эта тенденция далеко неодносторонньою: если во Франции в 80-х годах XX в. состоялась наобщему мнению, "революция самоуправления", субъектов которого было возвращено в круг субъектов регуляторной политики, то в Великобритании, наоборот, у таких субъектов немного сузился (например, было отменено Раду Большого Лондона), правда, без уменьшения их роли в обсуждении и принятии регуляторных актов.

Каждая страна определенным образом вовлечена в мировые интеграционные процессы, а потому неизбежно пытается придерживаться известных традиций. Для этого определенным новшеством предоставляется привычный для всех вид, с последующим попыткам найти их оптимальное сочетание с отечественными институтами. Здесь возникает вопрос, что касается, конечно, и проблем самоуправления, но одновременно намного универсальнее: как найти по возможности оптимальное соотношение между тем, что сложилось, и новым? Если уровень развития общества и его правосознание еще не готовы к восприятию реформ (предполагается, что объективные условия по логике общечеловеческого развития требуют таких реформ), то допустимый степень насилия в отношении общества в случае их осуществления? Или иметь позитивные последствия насилие?

Заслуживают внимания те точки зрения, что отмечают целесообразность решений по организационной перестройки сознания населения. По этому поводу существовали различные суждения. Так, Д. Шаховской считал, что без развитой правосознания любая социальная реформа деспотизмом, в определенной степени несправедливой и вредной [150]. Подобную мысль высказывал И. Ильин, который считал, что "именно живая правосознание народа дает государственной форме осуществления, жизнь, силу, таким образом, государственная форма зависит прежде всего от уровня народного правосознания, от исторического приобретенного народом политического опыта, от силы его свободы и от его национального характера "[62, 47]. Украинские традиции присуща существенное преимущество институтов самоуправления, создаваемых государством на основании закона-приказа, над рожденными самим обществом [156, 158]. Однако успешно восстановить устаревшие с точки зрения государственной власти институти самоуправления можно только при отсутствии антагонизма между элементами восстановления и традиционных основных принципов.

Рассматривая вопрос перераспределения полномочий в Украине между центральной и местной властями (на чем сегодня настаивают некоторые политические силы, например Партия регионов), никто не отрицает значения самоуправления, но главное не в этом, а в том, чтобы не забывать, что этот институт не является самоценным, он не цель, а средство общественно-государственного развития. Цель оптимизация жизнедеятельности общества, придания внутреннему управлению дополнительных импульсов, исходящих из традиций общества, увеличивают эффективность социально-экономических институтов и создают человеку благоприятно среду обитания.

Конструктивность философии право- государства. Исследуя в пределах выбранной темы создания теоретико-методологических основ государственной регуляторной политики на основе справедливости, следует охарактеризовать состояние нынешнего право- государства. Это и эмпирический подход, и использование метода проб и ошибок в построении государственных институтов, нормативных актов. Следствием такого положения является существенные экономические и социальные потери, которые проявляются в наличии огромного аппарата исполнительной власти, испытывающего бесконечных преобразований, многочисленных законодательных и ведомственных нормативных актов, которые нередко не только дублируются, противоречат друг другу, но и в некоторых случаях аморально, несправедливо решают отдельные вопросы, в частности связанные с приватизацией имущества, финансированием (субсидированием), налогообложением, предоставлением льгот, преференций и тому подобное.

Наши исследования показывают, что одной из главных причин состояния, сложившегося, является отсутствие конструктивного теоретико-методологических логического подхода к право-государства, основанного на мощной философии права. Такой подход будем интерпретировать как конструктивную философию права.

Конструктивная философия права наука, имеющая методологический арсенал, с помощью которого возможно непосредственное заСтосування ее взглядов для решения проблем практики и тем самым предоставления философии права нового, более глубокого содержания. Конструктивные аспекты философии права, особенно в отечественной и в российской науке, исследованы недостатньо1. Среди работ, которые непосредственно касаются анализа этой проблемы, следует отметить труды А. Черненко с правовой технологии [166; 60-61], сборник научных статей "Практическая философия и правовой порядок" и др., Которые содержат определенные идеи, приближающихся к нашей концепции. Если же обратиться к истории философской мысли, то можно сделать вывод, что вообще понятие "практическая философия" введен в оборот еще во времена античности. С тех пор мораль, право и политика связаны с комплексом поступков и действий, получивших название "ПРАКСИС". Аристотель различал категории "создание" ( "поесис") и "выполнение" ( "ПРАКСИС»). Первая категория это создание чего-то и его результат, а вторая сама активность, практический процесс. Именно эта сфера связывается с поступками и действиями людей, которые, по выражению Дж. Мура, составляют "жизненную практику". Практической философией называется философская рефлексия этой сферы, то есть жизненной практики. Такие же сферы выделял Д. Юм, разделяя философию на умозрительную и практическую, а также И. Кант, относил теоретическую философию к стремлению найти априорные принципы познания, а практическую к поискам априорных принципов воления.

Задачи практической (конструктивной) философии

Загрузка...

Страницы: 1 2