Реферат на тему:


Воспользуйтесь поиском к примеру Реферат        Грубый поиск Точный поиск






Загрузка...
УДК 340

УДК 340.114

П.М. ПЕТРОВСКИЙ

ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ГУМАНИТАРНОЙ ПОЛИТИКИ

Рассмотрены процесс осуществления государственной гуманитарной политики как системной деятельности, направленной на развитие общества и отдельной личности, раскрыта роль права в нем. Подчеркнуто, что основой такой политики является соблюдение принципа верховенства прав человека. Аргументировано, что частные права человека для политики гуманизма выполняют роль принципов, то есть таких исходных концептов, побуждающих субъектов объектов к их обязательные утверждение.

The process of realization of public policy of humanism is considered as system activity of directed on development of society and individual, the role of right is exposed in him. Underlined, that basis of such policy is an observance ofprinciple of supremacy of rights for a man. The argued idea is conducted, hat private for a man for the policy of humanism carry out the role of reasons, that such initial concept which induce subjects to the obligatory assertion.

В ст. 3 Конституции Украины гласит: "Права и свободы человека и их гарантии определяют содержание и направленность деятельности государства. Государство отвечает перед человеком за свою деятельность. Утверждение и обеспечение прав и свобод человека является главной обязанностью государства» [1]. Действительно, этот европейский стандарт демократии и гуманизма должен быть содержанием всей государственной политики. Однако достаточно внимательного взгляда на сообщения СМИ, чтобы убедиться в условности выполнения институционального назначения государства. Возьмем для примера газету "Зеркало недели" от 17 ноября 2007 [6], где наглядным подтверждением сказанного могут быть три публикации на, казалось бы, разные темы - И. Ведерниковой "Государство - убийца", Д. Петровского "Преступное недоразумение" и Ю. Федоренко "Законодательный вакуум, который привел к афере" Элита-центр ", - это проблема государства, а не частного инвестора.". Коротко их содержание можно сформулировать как нарушение прав человека в различных, но життево важных направлениях - в деле обеспечения безопасного для жизни дорожного движения, ограничение права "свободно собирать, хранить, использовать и распространять информацию» [1, ст. 34], о необеспечении права гражданина на жилье [1, ст. 47] и бездействие государственных органов при его нарушении. Подтверждением того, что речь идет не о единичных случаях, а о типичных для нашего общества явления, может быть статья, анализирующая доклад правозащитных организаций, посвященное состоянию защиты

прав человека и основных свобод в Украине за период с 2006 по май 2007 и сделан вывод о том, что негативные тенденции в этой сфере усугубляются, а также то, что "из множества продуманных и совершенных рекомендаций по улучшению ситуации государство не реализовала практически ничего "[12].

Можно констатировать, что проблема обеспечения основных прав и свобод человека является достаточно острой для украинского общества, а ее решение требует более глубокого теоретического осмысления связи политики и права, в частности роли права в осуществлении государством гуманитарной политики.

Демократический вектор развития украинского государства утверждается противоречиво, движение вперед сдерживается значительным бременем прошлого, стереотипами настоящее и слабостью теоретической мысли. Задача "концептуализации основ, на которых должно стоять государство» [10, с. 26] касается в частности взаимосвязи прав человека и государственной политики. Эта проблема была предметом исследования с древних времен и получила свое исторически конкретное решение в трудах Аристотеля, Локка, Монтескье, Руссо, Канта, Гегеля. Из отечественных мыслителей к ее раскрытию близко подошел Б.Кистяковский. Современный этап осознания гуманистического содержания государственной политики характеризуется глубоким проникновением в природу права, осуществляется в рамках нескольких конкурирующих концепций - позитивистская (Бентам, Эд. Берк), динамическая (Кельзен), либеральная (Ф. А. Хайек), Либертарианская (Дэвид Боуз ) и коммуникативная (Поль Рикер, Ю. Хабермас). Мнение о тПервое, что базисом парадигмы государственного управления должно быть право высказывается многими современными исследователями [2, 16]. Проблема сочетания права и содержания политической деятельности через принципы справедливости и ответственности основательно и остро исследуется в трудах П. Рикера [13] и Г. Йонаса [7]. В то же время, можно утверждать, что освещение соотношения права и гуманитарного содержания демократии как формы осуществления государственной власти, определение их категориального связи, а соответственно и функции права на политической практики находится на начальном этапе и требует своего дальнейшего исследования. В частности, В. Цветков отмечает, что "соотношение демократии и права является кардинальным, но малоисследованной проблемой государственного строительства" [15, c. 332].

Цель этой работы - раскрыть необходимость соблюдения прав личности как условия и цели осуществления государственной гуманитарной политики. Достижения ее возможно через выполнение следующих задач: исследовать проблемность понимания прав человека в контексте государственно-политических процессов; определить первичность частных прав личности в отношении других возможных видов прав; классифицировать категориальное значение прав человека как детерминанты реальной политики.

Наполнение демократических форм правления гуманитарным содержанием является важнейшей задачей современности Украины. Гуманитарная политика в широком смысле принципиально отличается от гуманитарной политики как политики поддержки обездоленных, скорее является ее антиподом - политикой создания условий для развития творческих личностей. Однако такое понимание политики гуманизма не может быть сведением к обеспечению каждого гражданина удочкой, скорее - это формирование правил рыбалки (где ловить, чем ловить, когда и сколько можно ловить). Стоит акцентировать внимание на телеологическом аспекте исследования государственной политики, по которым государство сохраняет за собой функции социального института целеполагания - формирование и осуществление (достижение) целей. Это важно в силу того, что в обществе развитой демократии указанные функции постапово теряются, государство все больше сводится к выполнению функции "ночного сторожа", а целеполагание приобретает личностных форм. В период постсоветских трансформационных изменений государственный уровень целеполагания сохраняется как определение стратегии развития страны, ее приоритетов и программ деятельности правительства. Стратегии развития страны могут быть определены по многим показателям, но базовыми и обязательные есть два - эффективность и справедливость, имеет прямую связь с применением права. Эта взаимосвязь трактуется через признание справедливости формой реализации права. Однако трактовка справедливости и базового для нее права может значительно отличаться. Например, Дж. Роулзом, осуществляемая политическим путем справедливость должна основываться на честности, то есть обеспечении равенства возможностей в распределении благ через максимизацию преимуществ (льгот) для обездоленных [11, с. 60; 13, с. 120]. Нозик, М. Вальтер и др.) Придерживаются другой, альтернативной точки зрения, согласно которой "справедливость должна касаться того, на что люди имеют право, а не того, что является честным: распределение должно быть справедливым, если каждый имеет право на то , что у него есть, однако это может быть нечестным в распределительном смысле »[11, с. 60]. Интегрирующую точку зрения представляет П. Рикер, который утверждает, что существует "множественность уровней справедливости" (с ее полюсами - для бедных и богатых) и сущность современного понимания справедливости можно свести к "принципа дифференциации социальных благ". Обеспечение такой плюралистично-сложной равенства в обществе возможно при условии, когда гражданская толерантность дополняется соответствующей активностью государства по обеспечению индивидуальных (множественных) частных прав человека через формирование и соблюдение соответствующих законов. Это особенно важно подчеркивать в условиях освобождение от декларируемой всеобщего равенства советского образца, что в действительности была равенством бесправных.

Различные трактовки справедливости, а соответственно и права отличаются принципиально и наводят на мысль, что каждоеиз них можно взять за исходное для рассмотрения природы права и его влияния на политику. Такой подход согласуется с выводом Г. Йонаса о том, что все искусственные произведения человеческой цивилизации (суд, право) "конституируются целью", то есть цель и утверждаемые с ее помощью ценности определяют сущность цивилизационных явлений. Иными словами, понятие не только содержится "в основе существования всей конструкции", "не только предшествует Кстати, оно имеет в ней воплотиться, чтобы та могла быть тем, для чего она создана" [7, c. 87]. Тем самым право существует как умозрительно сформирован концепт (понятие), что своей необходимым, атрибутивной чертой существования имеет цель (надлежащее состояние) и собственно утверждается в момент своей реализации. Такая ментально-рефлексивная природа права свидетельствует о том, что уровень правосознания (определение легитимных рамок свободы) формирует уровень правослухняности граждан и правовидповиднисти действий политиков. Из сказанного с необходимостью следует вывод, что установление связи между правом и политикой во многом зависит от определения природы права и его основных форм. Это особенно важно в современных условиях становления отечественной юридической науки, отказа от классово заидеологизированного понимание права и формирования его постклассического цивилизационной концепции.

Важна аксиоматическое истина, что первичной формой права является частное право, сочетающий в себе и естественность, и социальную определенность. Классической формой обоснования прав человека является "общий правовой закон" И. Канта, призывает каждого человека действовать так, "чтобы свободное проявление твоего произвола было совместимо со свободой каждого, в соответствии с общим законом» [8, с. 140]. Право как общий закон является результатом рационального опосредования свободы личности свободой всех остальных, и поэтому в его определении заложена противоречие - свобода и ее ограничения свободой другого. "Человек имеет одно фундаментальное право: самому выбирать, как ей жить, если она не нарушает равные права других людей» [3, c. 66]. Отсюда право лица можно определить как правомирну в рамках определенного общества претензию человека на свободу самодеятельности и урегулированные этим обществом формы деятельности. Акцентирование внимания на "свободе другого" как фактору ограничения первичных прав человека - это путь к признанию публичного права, то есть санкционированных государством норм поведения, накладывают ограничения на действия и поведение граждан и обязательность выполнения которых достигается силой государства.

Что касается публичного права следует отметить его историческую относительность и зависимость от деятельности государственных институтов, предоставляющих ему легитимных (законных) форм через соблюдение принципа верховенства права. НЕ атрибутивная (релятивная) природа законов в государстве как формально утвержденного публичного права проявляется в их постоянном совершенствовании, выработке новых и тому подобное.

Т. Гоббс в этом контексте заметил, что "существует большая разница между законом и правом, ведь закон - это ограничение, право же есть свобода, и они противоположны друг другу" [5, с. 91]. Указанное различие является важным в контексте трансформации права с его универсально-идеальных плоскостей в сферу практического воплощения средствами государства.

Здесь уместно обратиться к современному развитию теории частного и публичного права, осуществлен. Д. Стоун разделяет права на нормативные (те, которые являются базовыми для людей и создания новых законов государством) и положительные (те, что приняты и закреплены государством) [14, с. 251]. Конструктивным для нашего рассмотрения является также вывод о том, что "права не являются орудиями или инструментами, действующих механически и последовательно. Так же, как все инструменты политики, они подчиняются и зависят от большей политической деятельности" [Там же, с. 272] Правовые аргументы "определяют, какое поведение есть хорошая, а какая плохая, и драматически представляют общественные ценности с помощью соревнования реальных людей на публичной сцене" [Там же, с. 272]. Установления детерминирующего воздействия права на политику фиксировалось многими мыслителями. Известный теоретик права Г. Кельзен проводит мысль ото, что частное право имеет "свою долю причастности к так называемому государственного волеизъявления, то есть к политической власти" [9, с. 308]. Функциональное значение права раскрывается им через констатацию того, что "деятельность законодательных, правительственных и административных органов, как правило, связывается законами в меньшей мере, чем деятельность судов, и во что в политико-правовом смысле этим последним предоставляется в основном меньше возможности действовать на своему усмотрению, чем тем первым "[Там же, с. 307]. Своему усмотрению, по мнению автора, опосредует дуализм частного и публичного права и определяется не его (усмотрению) теоретическим, а сугубо идеологическим характером [Там же, с. 307]. Иными словами, в основе отношения субъекта политики в частных прав личности лежит его круг интересов, в той или иной степени видоизменяет это отношение, придает ему субъективного окраску. Здесь стоит зафиксировать два взаимообусловленных аспекта: первый - это насколько полно субъект политики выходит и действует, опираясь на легитимный правовой порядок государства; второй - то, что он лично возлагает как ценностный приоритет предлагаемых норм и изменений при применении закона. Роль базового для деятельности политика закона может быть определена через логическую категорию "основание", что означает однозначно-необходимое распространение общей нормы закона на частный случай его применения. Здесь логическое следование букве закона аналогичное роли закона в сфере судопроизводства, где, кроме общей логической обусловленности, даются три варианта меры строгости - во исполнение закона, в соответствии с законом и на основании закона.

В отличие от строго логического определения содержания действия через основание, как это происходит в приведенных случаях судопроизводства, правовое государство осуществляет свою деятельность не только как правоприменительную и правоохранительную, но и форме правотворчества. Поэтому политическую деятельность следует классифицировать как имеющую момент свободы - возможность выйти за рамки детерминированы законом. Так, М. Вебер утверждает, что легальное господство существуетпри условии, что "любые законы принимаются и могут при желании меняться" и упорядочение отношений господства осуществляется "с помощью определенных правовых основ, которые придают этим отношениям" легитимности "[4, с. 157]. Это касается тех решений и действий, которые происходят в процессе законодательства, а также тех случаев, когда существует возможность неоднозначной трактовки законов. Инвариантная действие по смыслу закона оправдана тогда, когда она согласована с правовым полем, является переходом от легальности к легитимности как более глубинных основ правовой системы сус пильства. Тем самым происходит придание закону правового статуса или создания правового закона. Это утверждение следует углубить следующими дополнениями: 1) законы продуцируются деятельностью высшего законодательного органа страны и меняются в соответствии с идеологических подходов его субъектов, 2) оправданием изменения законов может быть обращение (через уточнение, углубление и т.п.) в правовой основы государства - конституционно закрепленных прав граждан; 3) характер использования конституционных прав субъектом политики зависит от его понимания цели и мотивов предлагаемых изменений и политической воли их достижения; 4) конституционно признании права человека выполняют роль принципов политических трансформаций - сознательно принятых и практически утверждаемые теоретических концептов.

Использование правовых основ государственной политики в интересах человека должно опираться на четкое различение трех теоретических образований - частные (неотчуждаемые) права человека, публичное право как легитимные нормы общественных и общественно-властных отношений, а также прецедентные решения суда - такие, что вынесено не просто во исполнение закона или в соответствии с законом, а на основе закона и не вопреки основным правам человека. Именно отстаивания первичных прав лица, выполняющие функцию теоретических основ проводимой политики, и определяет степень ее гуманности. Можно подробнее констатировать, что только права человека, со своей первично-природного (нормативного) состояния легитимно трансформировались в формузакона и тем самым получили гарантии на осуществления для каждого представителя социума, могут быть квалифицированы как отвечающие меркам современной человечности. Для примера можно сослаться на ряд конституционных прав человека и гражданина Украины - право на жилье, на труд и тому подобное. Эти права являются для многих наших сограждан только формальными (негативными, по Д. Стоун), то есть в том смысле, что никто не может их оспорить, или процедурными - в отношении которых должно быть выдержана условие рассмотрения, но совсем не обязательно их обеспечения.

К слову прояснить различие понятий "основа" и "засада" (в русском языке "основа" и "основание", в английском "base" и "reason"). Значение понятия «основа» можно трактовать как совокупность условий, необходимых для определенного действия. Принцип фиксирует не объективную заданность действия или явления, а субъективное видение исходного момента деятельности, что приводит к приоритетность любого поведения субъекта в определенный момент. Тем самым принцип представляет момент свободы отношение субъекта к первоначальным условиям, его способность выходить за рамки внешней обусловленности и возлагать собственный ряд детерминации. Конкретной формой проявления основы является мотив - осознанная ответ на вопрос: ради чего осуществляется деятельность ?, что выступает в роли внутреннего побуждения активного отношения к действительности. Основополагающее значение права в отношении органов исполнительной и судебной власти является несомненным, оно выполняет роль необходимого и достаточного основания. Действительно, деятельность субъектов исполнительной власти должно осуществляться по максимой "оправдано то, что разрешено законом". Использование правовых основ судопроизводством имеет императивный характер, поскольку оно осуществляется в соответствии с действующим законодательством, где связь с законом согласуется формально-логически, и последний, как правило, выполняет роль достаточного основания. Проще говоря, вердикт суда должен соответствовать букве закона.

Другая схема связи прослеживается между правом и государственной политикой. Политика вообще (и гуманитарная по своему содержанию частности) осуется через согласованное взаимодополнения деятельности трех ветвей власти, системное проведение принципов справедливости и верховенство права, органическое наполнение их функций человекоцентризм тому подобное. По нашему мнению, внедрение цивилизационной политики имеет свои особенности для каждой из этих ветвей. Так, законодательство опирается на Конституцию как Основной Закон страны и действует, следуя обязательного условия

Загрузка...

Страницы: 1 2