Реферат на тему:


Воспользуйтесь поиском к примеру Реферат        Грубый поиск Точный поиск






Загрузка...
Национальный вариант барокко в литературе, театре и музыке

Национальный вариант барокко в литературе, театре и музыке

Литература указанного периода была разножанровой и разнообразной тематически. Еще в течение всего XVII в. велась религиозная полемика с католицизмом, униатством, протестантизмом, иудаизмом, исламом, порождало полемические произведения. их воспитательный христианский пафос дополнялся и ораторско-проповеднической прозой. Проповеди, "слова", "проповедь", "Поучений" Барановича ( "Меч духовный», «Трубы словес проповидних"), И. Галятовского ( "Ключ разумения"), А. Радивиловского ( "Венец Хрис-то") , С. Яворского, Ф. Прокоповича, а в XVIII в. Г. Канского, И. Ле-ванды достигли высокого художественного уровня. Агиографическую традицию завершает 4-томная "Книга житий святых" Д. Туптало.

Много писалось в эти времена мемуарах исторических произведений. Кроме упоминавшихся уже летописей Самовидца, Г. Грабянки и С. Величко в конце Хулио ст. появляется анонимная "История русов". Выдающимся памятником паломнической прозы стали "Странствования» В. Григоровича-Барского.

Однако казацкая освободительная борьба, а позже Колиивщина породили особый пласт национальной литературы, полной глубоких патриотических чувств, экспрессии, патетики. Думы, песни, плачи, панегирики, диалоги, различные драматические формы были посвящены казацким деянием. Сами названия говорят об этом: "Хроника польская, литовская, Жмудского и всея Руси» М. Стрыйковского, поэма "О Острожской войну под Пятой" С. Пека-лида, "Украина, татарами терзаемая" М. Павковського, "Чигирин" А. Бучин-ского-Яскольд, "Разговор Великороссии с Малороссией" С. Дивовича и др. Особенно показательны произведения некоторых поэтов "времен Мазепы", который и сам писал стихи. Воинственный пафос, рыцарское славолюбие, иногда как в западноевропейской рыцарской поэзии возвеличивание подвига ради подвига находим в произведениях Стефана Яворского, Пилипа Орлика, Петра Терлецкого (у последнего, например: "Кто только тронулся через реку кровавую, плыле счастливо в исконную славу ... "). И это не должно вызывать удивления, поскольку мужское население Украины почти на два века забыл вкус мирного труда и не могло охладиться от воинственных страстей.

Наибольшее развитие достигло барочная поэзия. Она отмечалась в значительной жанровой и содержательной разнообразием; стихи полемические, панегирические, эпиграмматические, морально-дидактические, религиозно-философские, сатирически-юмористические, общественно-политические, лирические. Основным ее центром была Киево-Могилянская академия, где разрабатывались поэтические жанры, культивировались определенные стилевые элементы осложненные метафоры и риторические фигуры, эффектные контрасты, эмблематика, оксюмороны тому подобное. Поэзия различалась элитарно-мифологическая, благородная (в основном польско-украинская), мещанская. Было создано большое количество культовых произведений: псалмов, кантов, стихов на темы Священного Писания но одновременно и пародий на духовный стих, и травести. Чисто философская поэзия это медита-ные стихи о человеке, вселенная, космос, богов, смерть, бесполезность жизни. Характерные черты поэтических произведений: силлабический (равносложным) стихотворение, широкое использование античной мифологии и символики, причудливые поэтические образы и стихотворные структуры, наполнения христианскими мотивами.

Элитарного оттенка так называемой "ученом" украинской поэзии XVII в. придавало откровенное стремление к формалистических упражнений. Поэты считали, что чем вчениша человек, тем необычнее должна быть Те язык, тем больше книжных знаний и впечатлений должны содержать в себе стихи. Чем иначе можно объяснить, что и такой рационально мыслящий деятель, как автор первой украинской Конституции, воин и поэт Филипп Орлик стремился писать стихи искусственной поэтическим языком, состоявшая в основном из мифологем, философских абстракций, экзотических топонимов, аллюзий, символов, развернутых метафор, гипербол . Самый, наверное, гиперболизированным литературным жанром был панегирик. Каких только добродетели приписывают своим героям по-ети-панегирист Стефан Яворский, Иван Максимович, Филипп Орлик, Иван Орловский и Феофан Прокопович! И хотя сами авторы понимали условность всех этих преувеличений, они их нанизывали с чисто художественной целью, для игры мысли и переливов слова.

Стихи-послание, панегирики это не просто страсть к демонстрации эрудиции. Так, ученый украинская поэзия XVII в. была рассчитана на элитную часть общества, одной из специфических особенностей которой было тогда не так богатство, как высокая образованность. Принадлежать к кругу эрудированных людей было престижно, и надо взвесить на то, что накануне культурных реформ середины XVII в. и позже, латино-польская образование коллегиумов и гимназий уже принесла свои первые плоды. Условно-мифологическое мышление поэтов, выросли на латино-польских книгах на Цицерона, Тите Ливии, Тацит, не могло быть понятным для всех. Ему предстояло сначала стать достоянием узкого круга интеллектуалов. Умение читать стихи-лабиринты или разгадывать всевозможные поэтические ребусы не было ерундой. Оно прививало современникам вкус к высокой поэтической условности, является важной чертой художественной культуры. Когда поэт того времени говорил, скажем, о Христе или Александра Македонского, вспоминал море или хлеб, он не имел в виду этих лиц или эти вещи. Это были определенные словесные знаки, за которыми стояли поэтические реальности. За "Поэтикой" М. Довгалевского, слово "Христос" может иметь целую совокупность условных значений: «свет небесный миру", "надежда и спасение", "всемогущее слово, начала и конца в нем нет", то, "кто всегда был , есть и будет, кому повинуются звезды "и другие.

Богатые поэтические ассоциации вызвали у ученых людей того времени также имена и реалии античной мифологии, потому что за ними стояла специфика их образования изучение греческого и латинского языка и литературы. Такие мифологические упражнения формировали чисто поэтическое постижение реальности, в котором большую роль играли интуиция, озарение, загадочные образы сновидений и др. Присущая барочной сознания вообще фантазийность, мистичность, мифо-логичность в украимедиапространстве варианте, как по мнению некоторых исследователей, проявила себя не слишком. Однако если учесть сугубо украинский вкус к украшениям, то неудивительно, что в барочной литературе и искусстве он "показал себя" в щедром декоратизми и захвате формальной мастерством ( "красота ради красоты»). Как считают современные исследователи культуры этого периода, заслуга украинского барокко в том, что оно предоставило традиционной любви к красивой формы артистического блеска.

Конечно, ученый поэзия XVII XVIII в. сформировала и какой-то новый тип литературного творчества интеллектуальную игру, соревнования в остроумии. Однако поэзия, которая становилась предметом интеллектуального развлечения, должна иметь какое-то серьезное оправдание, ведь ею увлекались целое поколение литераторов. От них выстраивают мостик к таким мастерам XX в., Как француз Г. Аполлинер, украинец М. Семенко и чех В. Гавел. Фигурные стихи, или, как их назвал украинский поэт, "поезомалярство", основанные элитарной барочной поэзии Украины XVII в., Были надолго забыты.

Между тем их теоретически обосновал в курсе лекций, прочитанных в Киевской академии еще в 1736 1737, М. Довгалевский. То, что обычный печатный шрифт (особенно славянский) имеет значительную декоративную выразительность, печатники знали уже давно, но этот академический профессор делал со шрифта нечто фантастическое. Он будто хотел показать, что изящный декоративный произведение, чарующий своим серебристым кружевом, можно создать без карандаша и кисти. При этом он уверяет, что это не просто шрифтовые узоры, а стихи-лабирииты, которые надо читать "от центра во все стороны", идя "вверх и вниз, вправо и влево". И хотя, идя в каждую сторону, мы действительно прочитаем какой-то разумный латинское изречение, главное не в литературном смысле, а в абстрактном узоре из слов, который живет уже по законам декоративного искусства (сформулированного в XX в. Художниками оп-арта). У самого М. Довгалевского появляется ощущение, что за поэтическими загадками стоит реальность какого-то другого, алогичного мира, инобытие. В его курсе поэтики вводится раздел "О загадках как поэтические произведения". Здесь он как отталкивается от наблюдений поэтов европейского Возрождения, абсурдное (то есть невозможно с точки зрения здравого смысла) наделено определенными поэтическими свойствами. Кстати, элитные круги Европы упомянутой эпохи тоже восхищались игрой в абсурдные пророчества и парадоксальные высказывания, в которых раскрывали неожиданный и часто поэтический смысл обычных вещей и явлений.

Однако поэзия загадки проявляется не только в абсурдистской игре буквами, изображениями, словами. Значительно сильнее эстетические чувства вызывают те вещи, включают в себя принципиальную непостижимость. В стихотворении-загадке о сне Довгалевский пишет: "Кто я такой, то не знает никто, разве глаза закроет". Такие загадки говорят нам о существовании большого количества непостижимых вещей и наводят на мысль об иллюзорности той "разумной реальности", которая доступна нашему здравому смыслу. И здесь барочная загадочность переходит в мир тревожных раздумий о смысле бытия и о вечных загадки природы, можно считать "передвитокамы" романтизма.

Среди украинских поэтов авторов интеллектуально острых, а порой и парадоксальных стихов, был черниговский архиепископ Лазарь Баранович. Заметный церковный и государственный деятель того времени много сил отдавал литературе, потому что мечтал увидеть Украину в кругу цивилизованных европейских стран, а для этого в ней должна быть собственная развитая барочная культура. Литература, как считал он, не менее действенный способ самоутверждения нации, чем казацкое оружие.

Писатели-демократы XIX в. были убеждены, что Киево-Могилянская коллегия портила поэтический вкус своих воспитанников и плодила безнадежно серую и мертвую поэзию. Во многом это так, когда речь идет о тех ученых, поэтов, свято верили в образце и нормы и писали согласно академическими правилами. Поэзия была для них не состоянием души, а средством пропаганды христианских идей. Такие "правильные" дидактические стихи писал в 1660-х годах ректор коллегии, Будущий митрополит Варлаам Ясинский. Поэтому неудивительно, что именно он не воспринимал произведения тех авторов, руководствовались вдохновением. Они группировались вокруг Барановича, который в свое время и сам преподавал поэтику в Киевской академии, но как поэт со временем отходил от нее все дальше, потому что писал странные, не всем понятные стихи, творя мир какой-то эстетизированного мистики.

Сложные ассоциативно-метафорические образы оставались непрочитанными и потому непонятными. И это повлекло литературную спор наверное, первую в украинской культуре дискуссию чисто поэтического характера.

В творчестве как самого Барановича, так и его учеников мы находим и произведения ярко выраженного социально-политического звучания, было естественно для поколения, измученного бесконечными войнами и раздорами среди самых украинском. Время Руины самим Л. Барановичем воплощается в образе бури, ЧТО вот-вот потопит корабль Украины. В то же время и в формальных экспериментах элитарной поэзии поэты-черниговцы не видели ничего страшного, потому что они стремились засвидетельствовать свое умение мыслить изящно и изысканно. Острота ума, блеск метафор, парадоксов свидетельствовали о принадлежности к европейской культуре, а украинец того времени наверное чувствовал себя европейцем, не мучаясь комплексом неполноценности и провинциализма. И в этом тоже был патриотом.

Стремление освободиться от консервативных вкусов и зависимости от возглавляемой В. Ясинским Печерской типографии заставило Барановича наладить собственное издательство. Благодаря этому Чернигов на время стал вторым культурным центром Гетманщины, где успешно разрабатывались свежие поэтические идеи. Недаром же из круга Барановича вышел поэт-Нова-тор И. Величковский, самый барочный драматург Д. Ростовский, мастер поэтической фантасмагории И. Орновский, классик эмблематической поэзии и поэтической книжной иллюстрации И. Щирский.

В то же время был в поэзии и стихийный тяга к наивного бытового реализма. Реалистические тенденции проявились в поэзии демократически настроенного шляхтича Данила Братковского, путешествующего дьяка Петра Гученського-ГИОПа-ча поэта ченцяКлиментияЗиновиева, полностью озабоченных делами "этого мира". Заключенный рукописный сборник К. Зиновиева содержит 370 стихов, написанных живым, разговорным украинским языком, проникнутых симпатией к людям труда, народного быта и обычаев. Реальными чертами обыденности, здоровым юмором проникнуты стихи-травестии, авторы которых странствующие студенты, бурсаки (подобные европейских вагантов) приспосабливали библейские сюжетные схемы в повседневной жизни. Пишутся и "Светские песни", где доминируют мотивы сиротства, горькой судьбе и несправедливости (А. Падальський, И. Бачинский), а любовная лирика лишается постепенно дидактизма и морализаторства, становится искренней и непосредственным (И. Пашковский Ю. Добриловский). В начале XVII в. зарождается украинская драматургия. Она связана с иезуитскими школьными театрами, где ставились драмы на польском языке. Декламации и диалоги, написанные на украинском языке, предназначались для братских школ. Расцвет школьной драмы приходится на 70-е годы XVII первую половину XVIII в. и связан с именами преподавателей Киево-Могилянской коллегии (академии) М. Довгалевского, Г. Канского, М. Козачинского и др.

Модель школьного театра Киевской академии, кстати, было заимствовано Славяно-греко-латинской академией в Москве и Карловицкому православной школой в Сербии.

Украинская книжным языком относились и многоактные драмы рождественского и пасхального циклов типа мистерий, Миракл и моралите, а также драмы на исторические темы, интермедии. Наиболее известными представлениями были драмы "Алексей, человек Божий" неизвестного автора, трагикомедия "Владимир" Ф. Прокоповича (посвящена И. Мазепе).

Школьный театр воспитательный и пропагандистский. В большинстве его спектаклей пропагандируется главная учительна книга Библия, тем больше в мистериях, мираклях и моралите. Следует учесть, что эпоха барокко в Европе, по мнению большинства исследователейв аллегорические фигуры, произнося монологи соответствующего содержания.

Г. Канский в пьесе "Воскресение мертвых" пользуется лишь цитированием евангельского текста, предоставляет достаточно упрощенной как это бывает всегда в моралите коллизии высокого аллегорического содержания. В его моралите два персонажа: один из них идет по узкой тропинке, выбрав праведную жизнь, второй направляется широкой дорогой к адской ворот, их души встретились после смерти, и душа грешника заголосила в запоздалом раскаянии, пугая благочестивых зрителей. Не только путь грешника и праведника, но и философское осмысление судного дня висвилюеться через традиционный сюжет благодаря цитате из Библии прежде всего с притч, объединенных мотивам зерна: о сеятеле, пшеницу и плевелы, о посеве и лестницы (об этом говорится в бытовой беседе Земледельца со Священником). Г. Канский делает эти слова обыденными, но не обделяет высоким значением, приближающий беседу персонажей о посевах и урожае в аллегорической.

Иногда, наоборот, канонический текст "опускается" в фольклорную, смеха стихию. Примером может служить «Слово о возмущению ада". Этот пасхальный спектакль имеет сложную конструкцию. Муки Христа, его смерть не показаны зрителям. Они только слышат о них из уст других действующих лиц Люцифера и Аду, которые, зная о сошествии Христа в ад с целью спасения праведников, заняли оборонительные позиции, обдумывают план боя. Люцифер построил свою столицу ад, имеет верных слуг, которых больше, чем апостолов у Христа. И все же Ад боится, а Люцифер не только его успокаивает, но и упрекает за трусость ( "Господин Аде, почему ты так боязливый?"). Адские силы сводят искусственную ворота, вешают железные цепи и т.д. абсолютно смешные в своей конкретности кстати, ведь, как понимают зрители, все это ничего не значит для их соперника. Так абстрактная борьба добра и зла переходит в план "реального", а потому и комического поединка. Однако это "опускания" высокого в "низкое" не лишает спектакль духовного звучания, ведь за всем стоить серьезная и важная для человека того времени христианская мысль. Такой перевод библейских текстов на язык сцены не было украинским изобретением, однако оно соединило с европейским искусством, стало важным признаком ее бароковости.

Бытовало в настоящее время в Украине и народная драма ( "Царь Ирод", "Коза", "Маланка", "Трон" и т.д.). Самым оригинальным был народный кукольный театр вертеп. Этот миниатюрный театр был как маленький храм, который давал представление о мироздании. Этажи вертепной сундуки были своеобразной "моделью мира" земля, видимый мир и небесная обитель, где одновременно соединяя "земное" и "небесное", происходило действие. Куклы не передвигались по сцене, а как иллюстрировали действие, не существовали, а демонстрировали чью-то жизнь. События вертепной драмы отделялись друг от друга спи вами чаще всего выполнялись молитвы, канты, псалмы.

Есть сведения, что в XVII XVIII в. на Запорожской Сечи вертеп также был популярным, так же, как различные обрядово-карнавальные действа.

С 50-х годов XVIII в. на Украине появляются театральные коллективы профессионального характера. В частности, в Глухове действовал придворный театр гетмана Кирилла Разумовского, в котором ставились комедии и комические оперы на русском, итальянском и французском языках. С этого же примерно время в Украине появляется российский и польский классицистический театр. Ряд любительских групп выступали в Елисаветграде, Кременчуге, Харькове, а в последние десятилетия возникли настоящие профессиональные труппы. Еще в период развития школьной драмы и интермедии (это 40-е годы Х "УП в.) Явился своего рода музыкальный театр. Им стал бурсацкий концерт, который составил остроумную сценку из жизни бурсаков, в которой певцы взрослые и малые & mdash ; играют сами себя. в то же время это пародия на торжественный "высокий" церковный произведение (например, "Служба пиворизам и пьяницам»). Низкое содержание в сочетании с традиционными серьезными формами дванадцятиголосои торжественной композиции создает особый юмористический эффект.

Существенно в украинскомкультуре этого времени песня, которая, по словам Гоголя, "для Малороссии все: и поэзия, и история, и отцовская могила. Верный

Загрузка...

Страницы: 1 2