Реферат на тему:


Воспользуйтесь поиском к примеру Реферат        Грубый поиск Точный поиск






Загрузка...
УДК 659

УДК 659.4: 81

Шарова А.М.

лингвистического измерения политического ИНФОРМАЦИИ

Становление ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИНГВИСТИКИ

Статья посвящена рассмотрению процесса становления и развития политико-лингвистических исследований в западной науке, а также выяснению достижений украинской и российской наук по исследованию вербальной политической информации в сравнительном аспекте.

Ключевые слова: политико-лингвистические исследования, политическая информация, политическая лингвистика, политическая коммуникация, риторика, стилистика, семиотика, политический дискурс.

Статья посвящена рассмотрению процесса становления и развития политико-лингвистических исследований в западной науке, а также выяснению достижений украинской и русской наук щодо исследования Вербальное политической информации в сравнительно аспекте.

Ключевые слова: политико-лингвистические исследования, политическая информация, политическая лингвистика, политическая коммуникация, риторика, стилистика, семиотика, политический дискурс.

The paper is devoted to consideration of forming and developing of political-linguistic researches in western science, and also to finding out of achievements of Ukrainian and Russian sciences in investigating of verbal political information in a comparative aspect.

Key words: political-linguistic researches, political information, political linguistics, political communication, retorics, stilistics, semiotics, political discourse.

Выяснить актуальные современные проблемы научного рассмотрения любого вопроса невозможно без исследования генезиса разработки этого вопроса. Вербальная политическая информация - феномен, который имеет междисциплинарный характер и исследуется научным направлением, расположенным на пересечении проблематики политической и лингвистической наук - политической лингвистикой. Однако политическая лингвистика как отдельное направление в науке сформировалась лишь во второй половине ХХ в., Поэтому основные положения, на которых основываются сегодня полетико-лингвистические исследования, следует искать в наработках семиотики, философии, социальной психологии, теории коммуникации и т.

А. Чудинов [4; 5, 22] предлагает выделить в истории изучения политической коммуникации (под которой подразумевается прежде всего речевая политическая деятельность) следующие основные этапы.

1. Исследование политической коммуникации в рамках традиционной риторики и стилистики. На

данном этапе публикации по проблемам политической коммуникации имели преимущественно «рецептурный» или аналитический характер (детальное описание речевой деятельности конкретных политических деятелей с целью их одобрения и подъем или дискредитации) [22, с. 10-11].

Изучение взаимосвязей языка, его сущности и возможностей с политической деятельностью по получению и осуществления власти привлекал к себе внимание ученых еще с античных времен: наработка Аристотеля (человек является существом политической благодаря способности говорить), «словесная предметность» у стоиков, древнегреческие школы риторики [15]. С упадком древних государств и появлением феодальных монархий традиции политического красноречия были забыты на многие века.

Социальная потребность в изучении политической коммуникации оказывается наиболее актуальной прежде всего в демократическом обществе, поэтому соответствующие исследования активизировались с развитием демократии в Западной Европе и Северной Америке.

2. Возникновение и становление политической лингвистики (20-50-е гг. ХХ в.). Этот этап связан с Первой мировой войной и вызванными ею общественно-политическими изменениями, в частности, опытом беспрецедентного пропагандистского противостояния воюющих стран. В связи с этим исследования способов формирования общественного мнения, эффективности политической агитации и военной пропаганды приобретает большую и гуманитарной ценности. Определяющими в эволюции взглядов на взаимосвязь языка и политики появление и развитие семиотики, лингвистической семиотики и осуществления так называемого лингвистического поворота в философии.

В рамках семиотики как заганой теории знаковых систем был осуществлен анализ символической сущности языка и подчеркнута важность языка для жизнедеятельности общества (Ф. де Соссюр, Ч. Пирс, У. Эко, Ю. Лотман, Э.Кассирер).

Лингвистическая семиотика - сосредоточен на анализе коммуникативных функций языка автономный направление в семиотике, в котором, по наблюдению Л. Нагорной, в 20-30-е гг. ХХ в. выделилось три течения: 1) американский дескриптивизм Э.Сепира и Л. Блумфилд; 2) датский Копенгагенский лингвистический кружок (Л. Ельмслев) 3) пражский лингвистический кружок русских ученых (Л. Трубецкой, Р. Якобсон) - сосредоточил внимание на функциях языка [13, с. 16].

В середине ХХ в. представитель структурного функционализма К. Леви-Стросс предложил идею создания единой «обобщенной семиологии» на основе синтеза лингвистики, социологии и психологии и выдвинул тезис, что функция языка - создание, а не отражение объектов, явлений, ценностей [13, с. 16].

Распространение основ семиотики на сферу политики связано с именем Л. Витгенштейна и его теорией «языковой игры», согласно которой политика считалась полем игры, где правила продиктованы законами языка и обусловлены социокультурным контекстом. Сознание начала рассматриваться через анализ языка [13, с. 17].

Мощный развития идеи сущности и возможностей языка и его соотношение с политикой потерпели в пределах различных философских направлений ХХ в., Которые в целом характеризуются лингво- приоритетности, сосредоточением внимания именно на речевой деятельности человека.

Методологическим центром, который служит обоснованием проблемы понимания и интерпретации символических систем, прежде всего текстов, является герменевтика (Г. Гадамер, Ф. Шлейермахер, В. Дильтей, М. Хайдеггер). Язык рассматривается как носитель миропонимания [13, с. 18].

Заметное место в философской мысли ХХ в. занимало вопрос значимости метафор в научном познании. Представители позитивистских подходов (примордиализм, эссенциализм) отрицали возможность познания мира через метафору. Напротив, сторонники конструктивизму (рефлективизму) рассматривают мир, общество не реально существующую систему, а как некий конструкт, вариант интерпретаций. Наука понимается как проявление речевой деятельности, а язык - как основной инструментарий науки, механизм взаимодействия человека и внешнего мира [13, с. 20-23].

Еще более рельефно отношения между языком, познанием и политикой вырисовываются в структурализме и постструктурализме. Его представители все проблемы взаимоотношений между мышлением и материальным миром переводят в чисто языковую плоскость. Язык рассматривается не только как средство познания, но и инструмент социальной коммуникации; при этом главное внимание сосредотачивается на манипулятивных возможностях идеологий. М. Фуко (любой дискурс является дискурс власти), Р. Барт (дискурс власти и вне владений, корень дискурса власти - в языке), Ж. Деррида (интерпретация как семантическое отношение позиции автора и влияния эпохи), Ж. Лакан ( проявление бессознательного определяется законами языка) и др.) [13, с. 24; 15].

Постмодернисты (Р. Эшли, М. Шапиро, Р. Уолкер) абсолютизируют роль языка как силы, конструирует мир. Утверждают, что все формы мышления метафорические. Отмечают зависимости общественных отношений от языка политики и интерпретации соответствующих текстов [13, с. 25-27].

Наиболее значимые работы описываемого периода становления политической лингвистики связаны с деятельностью американских специалистов по вопросам коммуникации, предшественников политической лингвистики В. Липпманна (исследовал вопрос пропаганды и агитации; предложил понятие «процесса установления повестки дня», использовал контент-анализ), П. Лазарсфельда (контент анализ; модель двухуровневой коммуникации, согласно которой межличностные контакты через лидеров общественного мнения), Г. Лассвелла (контент-анализ, связь между стилем политического языка и п олитичним режимом) ») [4, 5].

Описываемый период отмечен также установлением тоталитарных режимов, предоставило дополнительный импульс для изучения роли языка в политике через анализ коммунистической ифашистской новояз. Одними из первых к критическому анализу тоталитарного дискурса прибегли Дж. Оруэлл, который в романе «1984» (1948 г..) Описал принцип «двоедумства» (использование слов без определенного четко определенного значения - идеологем) и словарь «новояза» - конкретные способы языкового манипулирования и В. Клемперер, автор публикации «LTI. Книга для заметок филолога », которая содержит описание коммуникативной практики фашизма [22, с. 11-13].

3. Политическая лингвистика 60-х - 80-х гг. ХХ в. Данный период отмечен активным изучением коммуникативной практики в современных западных демократических государствах и использования манипуляции с помощью языковых средств. Эти направления исследований широко обсуждаются в критической теории Франкфуртской школы (Т. Адорно, Г. Маркузе, М. Хоркхаймер).

Во время холодной войны особое внимание лингвистов привлекает милитаристский дискурс ( «ядерная речь»).

Важное место в политической лингвистике данного периода занимает французская школа анализа дискурса (Ж. Дюбуа, Ж.-Ж. Куртин, М. Пеше, М. Фуко и др.), Возникшая на основе идей психоанализа (З. Фрейд) , марксизма (К. Маркс) и структурной лингвистики (Соссюр) как попытка ликвидировать недостатки метода контент анализа. При исследовании дискурса представители школы анализировали не отдельный текст, а множество текстов с учетом их исторической, социальной и интеллектуальной направленности, взаимосвязей с другими текстами, институциональных границ, интенций автора, его интрадискурсу (его другими высказываниями по соответствующей проблемы) и интердискурсу (высказываниями других лиц с соответствующей проблемы) [4].

Французский ученый Ж. Женетт в работе «Нарративный дискурс» определил главную формулу политического дискурса: текст, контекст и нарратив, то есть сам акт речи. Ж. Женетт определил главные черты каждого из элементов дискурса, определил модальность и интенциональность дискурса [24].

В этот период получили распространение исследования политической лексики, теории и практики политической аргументации, политической комуникации в исторической перспективе. В центре внимания исследователей находились вопросы функционирования политического языка во время предвыборной борьбы, парламентских и президентских дебатов, в партийном дискурсе. В рамках изучения языковых средств политической коммуникации исследователи уделяли значительное внимание рассмотрения политических метафор и символов (например, теория о неизменных архетипические метафоры М. Осборна, теория концептуальной метафоры Дж. Лакоффа и М. Джонсона).

Все более отточенным становится научный аппарат исследования политической коммуникации, и все больше факторов учитывается при исследовании дискурсивной значимости определенных высказываний, текстов или множества текстов. Уже в этот период изучения политической коммуникации выделяется в относительно самостоятельное направление лингвистических изысканий. В 70-80-х гг. На Западе регулярно публикуются пособия по политической коммуникации и методов ее анализа [4, 5].

В целом результатом второго и третьего этапов оказалось формулировка основных положений, стали идейно-теоретическими источниками политической лингвистики конца ХХ в. (Идеи М. Бахнита, А. Грамши, Л. Альтюссера, Фуко, М. Пешо, Р. Барта, П. Бурдье, Ю. Хабермаса) [16; с. 28-29].

4. Современный этап развития политической лингвистики.

Особенно активно зарубежные исследования политической коммуникации развиваются в конце ХХ - начале ХХI в. Признаки современного этапа:

«глобализация» политической лингвистики, расширение ее географии за счет появления соответствующих исследований в разных странах Азии, Африки, Латинской Америки и Океании, а также постсоветских государствах;

расширение сферы научных интересов новой науки за счет включения в анализ новых аспектов взаимодействия языка, власти и общества;

становления политической лингвистики как самостоятельного научного направления со своими традициями и методиками, авторитетами и научными школами. В частности, получает широкое распространение и признание название дисциплины (Political Linguistics, Politolinguistik), проводятся специальные науные конференции, публикуются многочисленные сборники исследований соответствующей тематики. Политическая лингвистика активно впитывает в себя эвристики дискурса анализа и когнитивной методологии [4; 5].

Как отмечают А. Русакова и Д. Максимов, исследования зарубежной теории дискурса дает основания для вывода, что ведущими направлениями в исследовании политического дискурса сегодня критический и постмодернистский дискурс-анализы. Среди самых известных представителей первого направления упоминаются Н. Ферклоу, Р. Водак, П. Чилтон, К. Шаффнер, Т.А. ван Дейк, Г. Кресс, Л. Чоулиараки; второй подход нашел отражение в трудах Э. Лакло и Ш. Муфф, Я. Торфинга, С. Жижека, Я. Ставракакиса [16, с. 28-29].

В рамках критического направления можно выделить несколько методологических подходов. Сторонники социально-семиотического подхода к анализу дискурса (К. Кресс, Л. Чоулиараки) убеждены, что дискурс и все его семиотические (языковые и визуальные) атрибуты работают на определенную идеологическую установку, и задача критического дискурса анализа - найти эту установку, а также установить связь между смыслообразования, которое включает формирование идентичностей, и дискурсивным горизонтом, откуда берутся смыслы. Социокультурный дискурс-анализ (Н. Ферклоу, Р. Водак) строится на постулате, согласно которому дискурс и социокультурная реальность взаимообусловлены; дискурсом определяются представление о мире, социальные отношения и личная индивидуальность. В рамках этого подхода отмечается необходимость исследования интертекстуальности дискурса (связей с другими дискурсами), а также учета слоя исторических знаний, составляющих контекст соответствующего дискурса. В рамках социокогнитивный подхода (Т.А. ван Дейк) политический дискурс трактуется как ментальная репрезентация политических структур, событий, актеров, групп, процессов, а политическое познание - как способ когнитивного сочетание индивидуальных и коллективных измерений политики через политический дискурс [16, с. 29-33].

Постмодернистский подход (на примере теории Я. Ставракакиса) до анализв дискурса отличается от критического целым рядом ключевых моментов. Для него характерны: 1) отсутствие интереса к лингвистического исследования дискурса; 2) широкое толкование понятия «дискурс», рассмотрение всех без исключения социальных практик как дискурсивных; 3) интерпретация дискурса как открытых, подвижных и изменчивых образований, которые постоянно взаимодействуют и конкурируют за определение содержания; 4) отношение к политике как к артикуляции знаний, способа формирования и структурирования социального; 5) тезис о том, что все образы действительности, которые называют «объективными», сформированы доминирующими дискурсами; 6) представление об идеологических понятие как о совокупности меняющихся знаков, имеющих различные артикуляции и обозначаются понятием «миф»; 7) стремление соединить в дискурс-анализе концепцию власти М. Фуко с психоанализом власти Ж. Лакана [16, с. 29-33].

Кроме указанных подходов, в рамках современной политической лингвистики А. Чудинов [4] и М. Гаврилова [6] выделяют такие направления, как контент-анализ, риторический анализ, когнитивное исследование политического дискурса.

Контент-анализ имеет более чем вековую историю применения к изучению политической коммуникации. В отличие от критического дискурса анализа, лингвисты этого направления полностью стремятся субъективности исследователя и анализируют большие корпуса (или небольшой, но специально подобранный корпус) политических текстов с использованием методов компьютерной обработки материала. В рамках современного контент-анализа активно изучаются квантитативные характеристики тактик восхваление, критики и защиты; соотношение в языке политиков содержания, ориентированного на общественные проблемы, и на личные характеристики политиков; соотношение в политическом дискурсе акцентов на прошлое, настоящее и будущее (В. Бенуа, Л. Бразеаль, А. Клюковски, В. МакХэйл, П. Времен, В. Уэллс, А. Харткок и др.) [4].

В риторического направления в изучении политического дискурса относятся специалисты, которые стремятся использовать традиционные методики, хорошо зарекомендовавшие себе (Р. Айви, Р.Д. Андерсон, Р. Карпентер, М. Осборн, В. Риккерт и др.). Это направление очень популярен в США [4].

Когнитивный анализ осуществляется через исследование концептов (историко-этимологическое исследование или восстановления иерархических структур содержания), метафорических моделей (анализ метафор как способа отражения политических реалий дает представление о состоянии общества) и фреймов (анализ структур, отражающие стереотипные ситуации). Примером такого анализа является исследование К. де Ландшера и его коллег из Амстердамского университета [6, с. 129-134].

Несомненно, приведенный обзор отражает далеко не все теоретические и методологические подходы к изучению вербальной политической информации, наработанные западной наукой. Систематическое исследование соответствующих теорий в современной отечественной политической науке еще находится на начальной стадии. При этом в работе внимание сфокусировано на исследованиях, которые, с точки зрения автора, является наиболее значительным вкладом в стано ка и развитие политической лингвистики как научного направления, объектом исследования которого является лингвистический аспект политической коммуникации.

В отечественной науке указанная проблематика также не осталась вне круга интересов исследователей. Современная украинская, как и российская наука является преемницей науки советской. Это общее основание, научный опыт, культурная и ментальная близость Украины и России, общая схожесть социально-политических процессов и связанного

ними исследовательского материала дают основания рассматривать достижения украинской и российской наук по исследованию вербальной политической информации в сравнительном аспекте.

Подробный обзор этапов становления и ведущих направлений российской политической лингвистики предоставляет А. Чудинов [22; 23]. Исследователь выделяет

периоды отечественной истории исследования политического языка.

20-30-е гг. - период исследования изменений, произошедших в русском языке после 1917 г.. (Г. Винокур, С. Карцевский, Б. Ларин, Е. Поливанов, А. Селищев, П. Черных, Р .Якобсон).

30-40-е гг. - разработка понятий «языка эксплуататоров» и «языка трудящихся» (последователи Н. Марра), а также проведение лингвополитичного анализа «языка и стиля» ведущих советских политических лидеров - В. Ленина, И. Сталина, С. Кирова, М. Калинина и др.

50-80-е гг. - проблемы политического языка рассматривались в публикациях по теории и практике ораторского искусства и лекторской мастерства (Г. Апресян, В. Введенская, Н. Кохтев, В. Одинцов), при освещении деятельности средств массовой коммуникации (Ю. Бельчикова, В. Костомаров, Д. Розенталь, Г. Солганик), в исследованиях по вопросам агитации и пропаганды, а также в трудах, посвященных развитию и обогащению русского языка в ХХ в. (П. Денисов, С. Капралова, А. Кожин, Т. Крючкова, Н. Панов, И. Протченко) [22, с. 15-17]. Особенностью советских исследований в области политической лингвистики является их автономность от наработок мировой науки, которые в основном считались идеологически неподходящими и в связи с этим были малоизвестны. Кроме того, публикации советских авторов подвергались жесткой цензуры и самоцензуры, в значительной мере влияло на их содержательность и объективность [23, с. 19-20].

с 90-х гг. - современный этап формирования политической лингвистики как самостоятельного научного направления. Характерный как для российской науки, так и для украинского. Обусловлен, с одной

Загрузка...

Страницы: 1 2 3